Наследие пяти
Ева старалась не смотреть в сторону трона. Она пришла сюда только ради одного — поддержать Сигрид, которая впервые выходила в свет после болезни. Герцог Ульрих настоял, чтобы Ева была рядом, — и как целительница, и как подруга.Но глаза предавали.Она видела его. Видела, как он стоит рядом с этой холодной красавицей в изумрудном, как они принимают поздравления, как она касается его руки. И с каждым таким касанием внутри Евы что-то болезненно сжималось.— Ты смотришь на него уже полчаса, — тихо сказала Сигрид, наклоняясь к её уху. — Если так продолжится, у тебя глаза вытекут.— Я не смотрю, — соврала Ева.— Врёшь, — усмехнулась девушка. — И правильно делаешь. Он красивый. Даже очень. Но вон та, рядом, — она кивнула на Изабеллу, — она мне не нравится.— Почему?— Глаза. У неё глаза как у рыбы — холодные и мёртвые. Такие люди опасны.Ева не ответила. Она смотрела, как Изабелла вдруг повернулась и посмотрела прямо на неё. Их взгляды встретились через весь зал, сквозь толпу гостей, сквозь музыку и смех. И в этом взгляде Ева прочла всё: угрозу, вызов, обещание.— Она знает, — прошептала Ева.— Что знает?— Всё.В этот момент к ним подошёл герцог Ульрих.— Леди Изабелла просит представить её моей дочери, — сказал он, и в его голосе звучало лёгкое недоумение. — И её целительнице.Ева похолодела. Но отступать было некуда.Изабелла подошла сама, без сопровождения, что было нарушением этикета — но кто посмеет указать будущей принцессе на ошибки?— Леди Сигрид, — сказала она, склоняя голову в лёгком поклоне. — Я так рада видеть вас здоровой. Мы все молились за ваше выздоровление.— Благодарю, леди Изабелла, — вежливо ответила Сигрид. — Позвольте представить мою подругу и целительницу, Евангелиону.Изабелла перевела взгляд на Еву. Улыбка на её лице не изменилась, но глаза стали ещё холоднее.— Евангелиона, — повторила она. — Какое редкое имя. И какая редкая… удача — быть подругой самой леди Сигрид. Должно быть, вы очень талантливы.— Я стараюсь, — тихо сказала Ева.— Старание — это прекрасно, — кивнула Изабелла. — Но иногда одного старания мало. Иногда нужно знать своё место. Вы согласны?Повисла пауза. Сигрид напряглась, готовая вмешаться, но Ева опередила её.— Я знаю своё место, леди Изабелла, — сказала она спокойно. — Я там, где нужна. Там, где могу помочь. А где моё место на самом деле — решаю не я. И не вы.Изабелла моргнула — впервые за весь разговор её маска дрогнула.— Дерзкая, — сказала она почти с одобрением. — Это хорошо. Дерзких легче ломать. Они сопротивляются дольше, но ломаются красивее. Запомните мои слова, целительница.Она развернулась и ушла, даже не попрощавшись.— Что это было? — прошептала Сигрид.— Это была война, — ответила Ева. — И я только что в неё вступила.