Глава 15. Уроки милосердия и власти
Оставшиеся две недели перед испытаниями в Цитадели Ева прожила в состоянии сосредоточенной ярости. Её мир сузился до трёх точек: прачечная, её каморка с книгой «Основы диагностики и анатомии» и Лечебница Святого Альбана в Нижнем городе.
Лечебница была местом, где роскошь Айнхара уступала место суровой реальности. Длинные залы, заставленные койками, пахли болезнями, дешёвым зельем и отчаянием. Сюда свозили тех, кому не хватало денег на магическое исцеление у придворных целителей.
Именно здесь Ева оттачивала своё мастерство. Она не просто лечила — она училась.
— Смотри, девочка, — хрипел старый солдат с культёй вместо ноги, указывая на свой шрам. — Это не шрам, это — память. Осада Граничного Камня. Там, за Грозовым хребтом, земля солью и пеплом пропитана.
— Граничный Камень? — переспрашивала Ева, мягко касаясь воспалённой кожи вокруг культи, чувствуя старую, глубокую инфекцию.
— Ага, самый дальний форпост. Оттуда только караваны с рудой идут, да обратно — с гробами. Кто на рудниках в Ущелье Стынущих Ветров помрёт, кто от лихорадки в Болотах Печали скончается.
Она слушала его, одновременно «видя» внутренним взором клубок мёртвых тканей и упрямую инфекцию. Раньше она бы просто силой выжгла её. Теперь она действовала тоньше — находила корень, помогала телу самому вытолкнуть яд, направляя энергию, как опытный садовник подрезает ветви.
В другой раз к ней принесли девочку с горячкой. Её мать, исхудавшая женщина в лохмотьях, рыдала:
— Мы с Ржавых Озёр, сударыня. Земля там отравлена, ничего не растёт. Мужик на рыбный промысел в Туманную Долину ушёл, полгода вестей нет… А дитё моё помирает!
Ева, кладя руки на пылающий лоб ребёнка, чувствовала не просто болезнь, а общую слабость, истощение, идущее от скудной пищи и тоски. Она лечила не только тело девочки, но и по капле отдавала ей часть своей собственной жизненной силы, чувствуя, как та наполняется, словно сосуд.
Возвращаясь вечером в «Лилию», она была физически истощена, но её дух горел. Она вела внутренний диалог с книгой, сверяя то, что видела и чувствовала, с сухими строчками трактатов.
В прачечной её теперь встречали не как служанку, а почти как младшую сестру.
— Ну что, наша целительница, как там, внизу? — встречала её Элоиза, помогая развешивать бельё. — Опять пол-Айнхара исходила?
— Там не Айнхар, Эл, — устало улыбалась Ева. — Там другой мир. Говорят, в деревнях ниже Медвежьего Увала дети от голода траву едят, а налоги всё повышают.
— Знаем, милая, знаем, — вздыхала Лилиан, аккуратно складывая платок. — У меня брат в ту самую Долину Теней с обозом ездил. Говорит, люди там как тени, в землянках живут. А всё потому, что магия наверху, а им — крохи.