Наследие пяти
На рассвете в лагерь прибыл новый гонец — на этот раз от герцога Ульриха. Роран распечатал письмо и, прочитав, нахмурился.— Тэо! — крикнул он, направляясь в лес. — Теодор!Он нашёл его сидящим под деревом. Теодор выглядел ужасно: бледный, опухший от слёз, с пустыми, мёртвыми глазами. Он не спал всю ночь, а может, и не хотел спать. Без неё сон был бессмыслен.— Уходи, — глухо сказал Теодор. — Я хочу побыть один.— От герцога Ульриха. — Роран протянул ему письмо. — Держи.Теодор нехотя взял конверт и вскрыл его дрожащими пальцами. Он ожидал соболезнований — ещё одной порции слов, которые ничего не изменят. Он ошибался.«Ваше высочество,Прошу вас срочно прибыть в мой замок. Дело чрезвычайной важности, не терпящее отлагательств. Оно касается… дальнейшей судьбы нашего дела. Жду вас.Герцог Ульрих Громового Утёса».Ни слова о Еве. Ни намёка на чудо. Только сухая официальная бумага.Теодор прочитал письмо дважды. Потом трижды. И ничего не понял.— Что ему нужно? — спросил он у Рорана. — Зачем я ему?— Не знаю. — Роран пожал плечами. — Но если герцог зовёт, значит, дело серьёзное. Собирайся.Теодор смотрел на письмо, и где-то глубоко внутри, в самом тёмном уголке его разбитого сердца, теплилась слабая, почти безумная надежда. «А вдруг? — шептал внутренний голос. — А вдруг это как-то связано с ней?»Но он тут же задушил эту надежду. Нельзя так. Нельзя верить в чудеса, когда весь мир только что рухнул.— Хорошо, — сказал он, поднимаясь. — Едем.Они ехали быстро, почти не останавливаясь. Теодор гнал лошадь, словно от этого зависела его жизнь. Роран едва поспевал за ним.— Ты убьёшь лошадь, — заметил он.— Если надо — убью.Он не мог объяснить, что толкало его вперёд. Какая-то сила, которую он не в силах был контролировать. Её не было уже три дня — три бесконечных, пустых дня без света, без воздуха, без смысла. Но каждое утро он просыпался и чувствовал… что не всё кончено.Может быть, это было безумие. Может быть, так проявлялось горе. А может быть — он не смел признаться себе в этом вслух — его кулон, потухший в ту ночь, снова начал слабо, едва уловимо пульсировать.«Глупости, — думал он. — Всё это глупости. Мёртвые не возвращаются».И всё же он ехал.Замок Громового Утёса встретил его серым, хмурым утром. Теодор спрыгнул с лошади, едва держась на ногах от усталости, и поднялся по ступеням.Торвальд ждал его у входа.— Ваше высочество, — сказал он, поклонившись. — Герцог ждёт вас в малом кабинете.— Что случилось? — спросил Теодор, не в силах больше ждать. — Зачем он меня вызвал?Торвальд посмотрел