К сожалению, сил у Хоука по-прежнему было не очень много — спохватившиеся военные быстро догнали его, а потом начали уверенно вырываться вперед. За спиной остался только старый десантник.
— Монолит…
Услышав хрип выдохшегося старика, Тони мысленно хлопнул себя по лбу. Разумеется, самым высоким и надежным местом в окрестностях являлись остатки вражеского монолита. Если уж сооружение выдержало прямой удар авианосца и не развалилось, то от приближающейся волны оно их тоже спасет…
— Люди, люди, — он попытался привлечь внимание товарищей. — Бежим к монолиту, иначе не успеем!
Его услышали. Направление движения сменилось, но Тони со стариком по-прежнему оставались в самом хвосте.
Вблизи обелиск казался еще величественнее, чем издали. Гладкая поверхность, испещренная тысячами и тысячами сплетающихся в непонятный узор канавок. Громадная прореха метрах в пятнадцати над землей. И целое поле каменных обломков вокруг.
Тони заметил валявшуюся неподалеку ракету. Неприятное соседство.
Оказавшиеся перед ним люди быстро поползли вверх, но сам Хоук был вынужден остановиться и упереться руками в колени. Ему требовалось как минимум перевести дыхание, избавиться от мельтешивших перед глазами мушек…
— Не спи, твою мать, — догнавший оператора морпех рванулся на штурм стены. — Успеешь еще отдохнуть!
Тони застонал, но последовал за ним.
Волна оказалась не настолько страшна, как он решил изначально. Но она все равно внушала уважение. Огромный длинный вал обманчиво медленно подкрался к берегу, накрыл пологий пляж, добрался до остатков каменного города, захлестнул подножье монолита…
Уровень воды быстро повысился, дойдя до пробитого рельсотронами отверстия, под ногами у вцепившегося в камень оператора прошел пологий гребень… и все закончилось.
Через некоторое время внизу прокатились еще две волны — маленькие и не представлявшие из себя никакой опасности. Люди постепенно расслабились, начав с интересом рассматривать образовавшуюся вокруг мутную заводь.
— А ведь там повсюду эта дрянь, — заметил кто-то.
Тони невольно передернуло. Вода, медленно отступавшая с отвоеванных позиций, действительно имела нехороший красноватый оттенок.
— Спасибо тебе, чувак, — один из соседей фамильярно хлопнул его по плечу.
Хоук непонимающе оглянулся.
— Если бы не ты, остались бы от нас только воспоминания, — объяснил устроившийся рядом и теперь улыбавшийся во все зубы летчик.
Оператор тоже скривил губы, невольно вспоминая тех, кто уже сгинул среди этих красных волос.
Ему хотелось верить, что он только что уменьшил свой долг перед судьбой. Но на душе все равно было муторно.