— О, наш загадочный меценат вернулся! — Элоиза одарила его ослепительной, профессиональной улыбкой. — Уже соскучился? А мы тут как раз обсуждали, какого цвета ленты будут в моде в следующем сезоне. Твоё экспертное мнение, дорогой?
Теодор сделал усилие, чтобы натянуть на себя маску беззаботного повесы.
— Мне кажется, на вас будут хорошо смотреться любые, — сказал он с привычной лёгкостью, опускаясь в кресло. — Но я, признаться, заскучал по более… интересным темам. Вот, к примеру, встретил я сегодня удивительную девушку. Выходила отсюда.
В воздухе повисла лёгкая, едва уловимая напряжённость. Лилиан перестала листать журнал.
— Ох, уж эти наши девушки, все удивительные! — парировала Элоиза, тщательно изучая свой ноготь. — На то мы и лучший салон в Айнхаре. Не могли бы вы описать? Блондинка, брюнетка, рыжая?
— Каштановые волосы. Глаза… яркие, светлые, очень серьёзные. Выглядела уставшей… — Теодор старался говорить небрежно, но его выдавала некоторая настойчивость в тоне.
— Уставшей? О, бедняжка! — Лилиан приложила руку к груди с наигранным сочувствием. — У нас все работают на износ, чтобы угодить таким требовательным господам, как вы. Может, ей просто выходной нужен был?
— Она была одета просто. Не как… — он запнулся, ища слово.
— Не как мы? — Элоиза подняла бровь. — Милый, у нас есть и горничные, и прачки. «Лилии» нужен идеальный порядок. Возможно, вы видели одну из них.
— Возможно, — согласился Теодор, чувствуя, как стена вежливой уклончивости становится выше. — Но у этой… был особый взгляд. Как будто она видела всё насквозь.
Алия в углу едва слышно ахнула и опустила глаза. Элоиза бросила на неё быстрый, предостерегающий взгляд.
— Особый взгляд, говорите? — Элоиза задумчиво постучала накрашенным ноготком по столу. — Знаете, у некоторых девушек бывает такой… проникновенный взгляд. Это часть обаяния. Но если она вам так приглянулась, почему бы не попросить мадам познакомить вас с кем-нибудь похожим? У нас есть девочка, Мира, она умеет слушать с таким понимающим видом…
Это был откровенный перевод стрелок. Теодор понимал, что его выспрашивают. Эти женщины, обычно такие разговорчивые и легкомысленные, внезапно закрылись, сплотившись рядышком. Они защищали её.
— Может, она и не для зала вовсе, — не унимался он, играя с печаткой на своём пальце. — Может, она… лекарь какой? Видел, как она в Лечебнице помогала.
Тишина стала гулкой. Даже Элоиза на секунду потеряла дар речи. Лилиан резко встала.
— Ой, что-то я совсем засиделась! Мне нужно примерить новое платье, которое прислали! — И она почти выбежала из комнаты.