Ева осела на землю, тяжело дыша. Теодор, отбившись от своих противников, подхватил её, прижал к себе.
— Что это было? — прошептал он.
— Потом, — ответила Ева, поднимаясь. — Сейчас — к источнику.
---
Они вошли в пещеру, ведущую к сердцу Айнхара. В конце пути их ждала преграда — магический барьер, пульсирующий полупрозрачным светом.
— Он не пробиваем, — сказал Каэден. — Создан Малархоном. Только его кровь…
— Я знаю, — Теодор шагнул вперёд. — Отойдите все.
Он подошёл к барьеру и положил на него руку. Чёрный луч звезды вспыхнул, заливая всё вокруг глубоким фиолетовым светом.
— Я — Теодор, потомок Малархона, — громко сказал он. — Я пришёл не для того, чтобы продлить твоё проклятие. Я пришёл, чтобы разрушить его. Именем крови, текущей во мне, я приказываю: откройся!
Барьер рухнул.
— Входим! — крикнул Каэден.
Они вбежали в зал источников.
Зал был огромен. В центре били пять источников — Жизни, Воды, Огня, Созидания и Разрушения.
— В круг! — скомандовал Каэден.
Кнут встал у алого источника Огня. Аррен — у бирюзового источника Воды. Каэден — у золотого источника Созидания. Ева — у синего источника Жизни.
Теодор встал в центре, у чёрного источника Разрушения.
— Соединяем кулоны! — крикнул Каэден.
Четыре хранителя подняли свои камни. Ева, Аррен, Кнут, Каэден — каждый направил силу своего источника в центр, к Теодору. А он поднял звезду, и пять лучей вспыхнули одновременно.
Сила хлынула из источников, прорывая тысячелетние оковы.
— Получается! — крикнул Аррен.
— Держите! — Каэден, бледный, но твёрдый. — Ещё немного!Все потоки соединились в один. Зал отсветила яркая вспышка и они почувствовали как все изменилось. Каждая клеточка их тел, каждая молекула вдыхаемого ими воздуха, стены, пол, потолок. Магия освободилась.
В этот момент в зал ворвался Регент.
— Не-е-ет! — закричал он, бросаясь вперёд. В руке его горел магический шар.
Шар полетел в Теодора. Но не долетел — остановился, задрожал и рванул обратно.
Регент не успел даже вскрикнуть. Магия ударила в него самого, превращая в пепел.
Но взрыв был слишком сильным. Волна искажённой магии ударила во все стороны.
Ближе всех к эпицентру стоял Кнут.
Он рухнул на каменный пол. Кровь хлынула из раны на груди.
— Нет-нет-нет! — Ева бросилась к нему, упала на колени, прижимая руки к его груди. — Держись! Держись, слышишь?!
Она вливала в него свою силу, свой дар, свою жизнь. Но магия Регента, даже в смерти, была отравленной. Она въелась в тело Кнута, уничтожая всё на своём пути.
— Ева… — голос кузнеца был хриплым, едва слышным. Он смотрел на неё — и улыбался. — Не трать… силы. Я готов.