Единственным человеком, кто видел в нём не просто принца, был старый слуга Годрик. Когда-то он служил отцу Теодора, погибшему при загадочных обстоятельствах. Годрик был сед, сух и молчалив. Он никогда не льстил.
Однажды вечером, когда Теодор в очередной раз возвращался с пирушки, чувствуя пустоту и винную тяжесть в голове, Годрик, помогая ему раздеться, тихо сказал:
— Забавы — это хорошо, ваше высочество. Но умный правитель должен знать, откуда ветер дует, чтобы не простудиться.
— Что ты имеешь в виду, старик? — лениво поинтересовался Теодор.
— Книги, ваше высочество. Умные книги. Не те, что вам подаёт регент.
С этого дня между ними установился странный, тайный ритуал. Годрик, пользуясь своими старыми связями среди слуг и библиотекарей, потихоньку приносил Теодору книги. Не скучные трактаты по этикету, которые одобрял регент, а труды настоящих учёных, философов, историков. Теодор тайком читал о экономике, о военном деле, о законах. Он узнал, что налоги, которые, по словам регента, были «умеренными», на самом деле разоряли крестьян. Что дороги, которые должны были строиться, оставались в запустении. Он начал видеть изнанку своего благополучного мира, и она пугала его.
Но главная тайна ждала его в самом сердце дворца. Годрик как-то провёл его по забытым потайным ходам в маленькую, пыльную комнату, о которой, казалось, все забыли. В центре стоял простой деревянный сундук. Но когда Теодор попытался его открыть, замок не поддался.
— Он зачарован, ваше высочество, — прошептал Годрик. — Говорят, он открывается только по крови истинного правителя.
Теодор, не раздумывая, провёл пальцем о заострённый угол сундука и прижал каплю крови к замку. Раздался тихий щелчок. Внутри лежали несколько книг, переплетённых в потёртую, почти чёрную кожу. Труды древних, написанные ещё до пришествия истарионцев.
Именно в этих книгах он прочёл правду. Не ту приглаженную историю, которую преподавали ему учителя, а горькую, неприглядную правду. В них говорилось о Пришельцах, могущественных и жадных чужаках из иного мира, которые не принесли цивилизацию, а захватили её, поработили, перекроив мир под себя. Они не были благодетелями. Они были завоевателями, которые заперли магию, чтобы править единолично. А его предки… его предки были либо обмануты, либо сами стали частью этой машины угнетения.
Эта истина перевернула его мир. Внешне он оставался тем же избалованным принцем — посещал балы, флиртовал с дамами, участвовал в охотах. Но внутри него росло иное существо — мыслящий, обеспокоенный молодой человек, который понимал, что его трон стоит на костях и лжи. Он смотрел на сияющий Айнхар и видел не символ могущества, а величайшую несправедливость. Он наблюдал за своим дядей-регентом и начинал понимать истинный смысл его «заботы» — держать его подальше от власти, пока тот сам не заберёт её полностью.