Он был здесь, совсем рядом, скрытый под именем Шарля Воронцова. И эта ложь, наше величайшее преступление против истории, была единственным, что сохраняло ему жизнь в этом сходящем с ума мире.
глава восемьдесят первая
Глава 81.Тень над Неаполем
И звестие о казни королевы Франции потрясла двор Неаполя еще больше.Королева Каролина спряталась от всех,оплакивая сестру.
-А король пропадает все дни у любовницы.-сообщила Эмма Гамильтон.
На террасе особняка графа Воронцова пили кофе Анна,Эмаа,Бьянка и Аннабель.От Каролины Эмма перешла к свежим газетам.
-Пишут что в Париже рубят головы каждый день и всем аристократом.Даже женщинам.Революция всех уровняла...Говорят бедняжки через доверенных людей передают палачам кошельки с золотом...чтобы их тела после казни они не насиловали..
-О,боже...Анаббельпобледнела.
-Пишут что корзины с головами изгрызены изнутри.Первые минуты отрубленные головы еще живы...
Я чувствовала, как кровь отливает от лица, а в ушах начинает пульсировать тревожный, глухой звук — словно далекий барабанный бой, который сопровождал все мои кошмары о Париже. Эмма Гамильтон, как всегда, не знала меры. Она была увлечена своей собственной драмой, своей ролью вестницы катастрофы, не замечая, как ее слова ранят окружающих.
— Прекратите, мадам! — прошептала я, резко положив руку на запястье Эммы.
Аннабель, побелевшая до цвета слоновой кости, прижала руки к груди и тяжело, прерывисто дышала, словно у нее случился приступ удушья. Бьянка испуганно подскочила к девушке, поднося к ее лицу флакон с нюхательной солью.
Эмма умолкла, ее синие глаза на мгновение расширились от искреннего изумления. Она была так поглощена ужасом парижских новостей, что на секунду забыла, кто сидит перед ней. Она видела в нас лишь светских дам, а не тех, кто в буквальном смысле спасался из этого ада.
— Ох, простите меня, дорогая Аннабель! — Эмма немедленно сменила тон, став участливой и мягкой, как и подобает настоящей английской леди. Она отложила газету в сторону, словно та внезапно стала раскаленной. — Я не хотела вас пугать. Просто... просто это безумие там, во Франции, оно не укладывается в голове. Наш мир рушится, и мы все боимся, что осколки заденут нас.
Я глубоко вздохнула, стараясь успокоить колотящееся сердце.
— Эмма, газета — это не лучшее чтение для дам в такой день, — тихо заметила я. — Королева Каролина убита горем из-за гибели сестры. Неужели вы думаете, что стоит множить эти слухи? Париж превратился в выгребную яму, где человеческая жизнь ничего не стоит. Зачем же нам превращать наш сад в эшафот?