Дни в замке Громового Утёса летели с пугающей скоростью.
Каждое утро начиналось с тренировок. Роран гонял отряд по двору замка, оттачивая слаженность и скорость. Аррен учил своих матросов сражаться на суше — они ворчали, но слушались. Кнут разжигал огонь в специально отведённом загоне, заставляя бойцов привыкать к жару и не бояться пламени.
Ночи были другими. Они принадлежали только им.
Ева и Теодор встречались в её покоях, и каждый раз, когда он входил в комнату, она видела в его глазах облегчение — словно он боялся, что она исчезла за те несколько часов, что их не было вместе. Он брал её за руку, и его пальцы были холодными, но постепенно согревались в её ладонях.
— Я каждый день думаю о том дне, — сказал он однажды, сидя у камина. — О письме. О дороге в замок. О том, как я боялся, что ты не простишь меня.
— За что? — удивилась Ева.
— За то, что поверил, что ты мертва. За то, что не защитил. За то, что не был рядом.
Она обняла его, прижалась к его груди.
— Ты ни в чём не виноват. Это я решила… скрыться. Я думала, что так будет правильнее. Что ты сможешь продолжать, не отвлекаясь на меня.
— Глупая, — прошептал он, целуя её в макушку. — Без тебя я не смог бы продолжать. Без тебя я — никто.
Они сидели так, обнявшись, слушая, как ветер бьётся в стены, и время текло медленно, словно давая им возможность надышаться друг другом.
В тот же вечер, за сотни миль от замка Громового Утёса, во дворце Регента горели свечи.
Изабелла сидела в своих покоях, перебирая бумаги. Она была одна — служанок она отослала, не желая, чтобы кто-то видел её лицо в минуты раздумий.
Что-то было не так.
Она не могла объяснить это словами — просто ощущение, липкое, холодное, ползущее по спине. Слишком легко всё получилось. Слишком гладко. Девчонка умерла, принц уехал «горевать», Регент довольно потирал руки… А ей всё казалось, что они упускают что-то важное.
— Глупости, — сказала она себе вслух. — Мёртвые не воскресают.
Но память подкинула картину: та девушка в сером на балу. Как она смотрела на Теодора. Как держалась — не как служанка, не как приживалка, а как равная. Как она ответила на угрозу — спокойно, с достоинством.
Такие не умирают от сердечных приступов в Лечебницах.
Изабелла резко встала и подошла к окну. Внизу, во дворцовом саду, горели фонари, освещая дорожки, по которым она мечтала гулять с принцем. С мужем. С королём.
— Если ты жива, — прошептала она в темноту, — я найду тебя. И в этот раз ошибки не будет.
Она вызвала служанку.
— Пригласи ко мне начальника тайной стражи. Немедленно.
В замке Громового Утёса Ева проводила дни в библиотеке герцога, изучая древние тексты вместе с Каэденом. О ритуале, о Пяти, о том, как их силы должны соединиться, чтобы разорвать оковы.