- Ну почему же, - протянул он, будто мы вели не о жизни и смерти, а о погоде за окном. - Я перенёс Кайлана к Леону. Позволил всем проснуться. Теперь мне осталось только подтолкнуть их к выходу. А нежить сможет сделать это гораздо эффективнее, чем любые слова, на которые у меня нет времени.
- Ты - монстр! - вырвалось у меня, и я снова дёрнула связанными руками, чувствуя, как грубая магия врезается в кожу. Боль была острой, отрезвляющей - она не давала мне провалиться в отчаяние.
- Это льстит, - ухмыльнулся Дрейвен и снова склонился над своим магическим кругом, водя пальцами по начертанным линиям, будто ласкал что‑то бесконечно дорогое
Мои глаза лихорадочно забегали по залу, цепляясь за каждую деталь, каждую тень, каждый выступ. Тут обязательно должно быть хоть что‑то, что поможет мне бежать. Нужно только найти это «что‑то», пока он не закончил ритуал.
И вдруг я заметила их - магические камни. Такие же, как он расставлял вокруг другого круга. Они лежали чуть в стороне, небрежно, словно забытые, но я‑то знала, что в них скрыта сила. Если один из них разбить… если нарушить баланс… Может быть, это даст мне хоть секунду форы.
Я сжала зубы, стараясь унять дрожь, и снова заговорила, бросая слова в пустоту, лишь бы отвлечь его внимание.
- Неужели тебе совсем не жаль? Неужели ты не видишь, сколько боли ты причиняешь? Ты ведь когда‑то тоже был человеком!
Дрейвен лишь фыркнул, не поднимая головы.
- Был. И это было ошибкой. Человечность - это слабость, Аренсия. А я больше не могу себе её позволить.
Пока он говорил, я начала медленно, почти незаметно, двигаться спиной вперёд, дюйм за дюймом, стараясь не скрипнуть подошвой по камню, не выдать себя ни звуком, ни движением. Сердце колотилось, где‑то в горле, перекрывая дыхание, но я заставляла себя дышать ровно, смотреть на него, говорить, тянуть время.
- Может, ты и прав, - сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, почти равнодушно, хотя внутри всё кричало. - Но разве сила - это только разрушение? Разве нельзя использовать её для чего‑то большего?
Он наконец поднял голову, и в этот миг я со всей силы наступила на один из камней. Хруст прозвучал оглушительно громко, как выстрел в тишине зала. Камень треснул под моей ногой, рассыпаясь на мелкие осколки, и по полу пробежала едва заметная волна мерцающего света.
На лице Дрейвена вспыхнула ярость - острая, звериная, такая, что я невольно отшатнулась. Он резко выпрямился, его глаза потемнели, а голос стал низким, вибрирующим от гнева.
- Что ты наделала?! - рявкнул он, делая шаг ко мне, и воздух вокруг него будто сгустился, потяжелел.