Глава 65. Кайлан.
Выйдя за пределы дворца, я поднял взгляд к небу. Тяжёлые тучи нависали над городом, обещая скорый ливень, но я почти не замечал их. Лето в этом году выдалось на удивление дождливым. В голове крутились слова дяди: «Завтра утром ты отправляешься. Я всё сказал».
Нет. Всё не может так закончиться. Не вот так - приказом, командировкой, вынужденным молчанием. Я не позволю.
Взяв себя в руки, я направился в начале домой, нужно было кое-что взять, а затем - в сторону Академии. Аренсия в любом случае должна быть там. Пока карета катила по улицам, я снова и снова прокручивал в голове наш с ней разговор, подбирал слова, пытался выстроить фразы так, чтобы они звучали не как оправдания, а как правда. Но чем больше я думал, тем яснее становилось: никакие слова не смогут передать то, что рвалось изнутри.
А станет ли она вообще меня слушать? Или, может, не нужно ничего говорить - просто увидеть её? Постоять рядом. Помолчать. Возможно, я пойму, как поступить, только когда увижу её лицо, когда смогу прочесть в её глазах хоть каплю того, что когда‑то было, между нами.
Карета остановилась у ворот Академии. Я вышел, расправил плечи и широким шагом направился внутрь. Прошёл мимо охраны - стражники смотрели на меня пристально, будто взвешивали, стоит ли останавливать. Но я шёл так, будто имел право быть здесь, будто весь этот мир должен был расступиться передо мной.
Внутри Академии на меня смотрели так, будто увидели призрака или какую‑то диковинку: кто‑то отводил взгляд, кто‑то, наоборот, не мог оторвать глаз. Я не обращал внимания. Поднялся по лестнице, прошёл по коридору, где каждый шаг отдавался эхом в груди, и наконец остановился у двери кабинета Аренсии.
Я постучал. Один раз. Второй. Тишина.
Не дожидаясь ответа, я повернул ручку и распахнул дверь.
Внутри меня встретил привычный спокойный полумрак и тишина. На столе лежали стопки бумаг, на подоконнике стояла чашка с остывшим чаем. Но самой Аренсии не было.
«Может, она вышла?» - мелькнула мысль, острая и тревожная.
И тут же, за соседней дверью - маленькой каморкой, куда складывали старые книги и ненужные вещи, - я услышал лёгкий шорох, едва уловимый, но достаточный, чтобы насторожиться.
- Арен? - позвал я, и голос прозвучал чуть резче, чем хотелось.
Подняв наготове трость - скорее по привычке, чем из опасения, - я приблизился к этой двери. Сердце билось, где‑то в горле, а в голове крутилась одна мысль: только бы с ней всё было в порядке.
Резко распахнув дверь, я замер.
За ней стояли Кэти и какой‑то мужчина. Они явно решили там уединиться: Кэти торопливо оправляла платье, а мужчина выглядел так, будто хотел провалиться сквозь пол.