Рана в моей груди была глубока, болезненно кровоточила, как живое напоминание о том, что утраты неизменно оставляют шрамы - иногда видимые, иногда спрятанные под слоями привычной улыбки. Порой, когда я забывалась коротким, тревожным сном, мне снилось, что шрам на груди начинает светиться тусклым багровым светом, будто откликаясь на какую-то далёкую, чужую магию. Тем не менее я продолжала верить в чудо, в то, что однажды услышу его голос и почувствую его объятия. Эта вера была одновременно и моим спасением, и самой жестокой пыткой: она не давала мне окончательно опустить руки, но и не позволяла отпустить.
Работа в любимой Академии стала для меня хрупким, но спасительным островком. Здесь, среди студентов, я искала смех и радость, которые когда-то жили в моём сердце. Я вела документацию, занималась проектами и организовывала мероприятия, углублялась в учебный процесс, на время забывая о своей боли. Это стало моим щитом, защитой от новых ударов судьбы, способом притвориться, что я всё ещё могу быть полезной и нужной.
Каждая улыбка студента становилась для меня маленьким солнечным лучиком, который пробивался сквозь тучи, - пусть ненадолго, пусть лишь на секунду, но этого хватало, чтобы сделать следующий вдох. Иногда, глядя на первокурсников, я ловила себя на мысли, что они напоминают нас с ним в самом начале: такие же полные надежд, уверенные, что впереди целая вечность, что их дар не обернется проклятием, а тайны мира будут послушно раскрывать свои секреты. От этого становилось больно, но и тепло одновременно.
И вот, в один из совершенно обычных дней, когда я уже почти привыкла к боли внутри, когда рутина приносила заманчивое, хоть и обманчивое спокойствие, это случилось. Очередной рабочий день, спокойный и размеренный, постепенно превращался в цикл знакомых, предсказуемых событий, и в конце - просьба Ректора о помощи. Всего лишь формальность, казалось бы, но именно этот миг, этот обычный запрос переломил всю мою жизнь. Я не могла и представить, что за этой просьбой скрывается нечто большее, способное изменить всё… навсегда.
Глава 1. Аренсия.
Я стояла у зеркала в своём кабинете, и задумчиво перебирала в руках локоны, которые, как будто, сохраняли тепло момента, когда мы были вместе. В последнее время мысли о пропавшем муже всё чаще и чаще стали посещать мою голову, словно тени, которые не желали оставлять меня в покое. Это было странно, ведь прошло уже столько времени с момента его исчезновения. Но тем не менее, это было фактом, который отрицать не имело смысла.
Воспоминания о днях, когда он был рядом, вертелись в моей голове, как заколдованный вихрь: его улыбка, голос, манера смеяться. Всё это теперь казалось такой далёкой реальностью. Я могла бы утопать в этих мыслях, но старалась оставаться сильной, веря, что он где-то в безопасности живой и здоровый. Но уверенность постепенно угасала, как огонь в камине, оставляя лишь холодные угли неопределенности.