Он сделал первый шаг, взял меня за руку, и мы начали двигаться в ритме музыки. Сердце забилось быстрее, когда он аккуратно обнял мою талию, притянув ближе. Я ощущала тепло его дыхания, и волнение пробежало по моему телу. Его прикосновения были уверенными, но осторожными, будто он боялся спугнуть меня одним неверным движением. А я, к собственному удивлению, вдруг почувствовала, как тело само начинает отзываться на музыку, как будто годами сдерживаемая энергия наконец нашла выход.
Мы двигались по кругу, и с каждым шагом та невидимая граница, которую я так старательно выстраивала вокруг себя, становилась всё тоньше и прозрачнее. В этом танце не было слов - они были лишними. Вместо них был ритм, дыхание, едва заметные взгляды, которые мы бросали друг на друга, и то странное ощущение, будто мы оба знаем что-то важное, но пока не готовы в этом признаться даже самим себе.
Краем глаза я замечала, как на нас смотрят гости - кто-то с любопытством, кто-то с лёгкой завистью к той страсти, которая, казалось, исходила от наших движений, кто-то просто с радостью за то, что я наконец позволила себе быть настоящей. Но всё это казалось далёким и неважным по сравнению с тем, что происходило здесь, в этом круге света, где существовали только музыка, ночь и этот человек, который столько времени занимал мои мысли, даже когда я убеждала себя, что он - лишь плод моего воображения.
Когда танец подошёл к концу, музыка медленно затихла, оставив после себя лишь лёгкое эхо тех страстных нот, которые ещё звучали у меня внутри. Кайлан остановился и посмотрел на меня так, будто хотел что-то сказать, но слова застряли у него в горле. А я стояла напротив него, чувствуя, как бешено колотится сердце, и понимала, что этот вечер уже никогда не будет таким, каким я его себе представляла.
- Спасибо за танец, Аренсия, - наконец произнёс он, и в его голосе прозвучала та искренность, которую невозможно подделать.
- Спасибо вам, Кайлан, - ответила я, впервые произнося его полное имя, и оно прозвучало на моих губах как-то по-особенному, будто открывая новую страницу в истории, которую мы оба ещё не до конца понимали.
Глава 30. Аренсия.
Я всё ещё чувствовала на коже то едва заметное прикосновение его губ - и от этого по спине то и дело пробегал странный холодок, никак не связанный с вечерней прохладой. Кайлан галантно отвёл меня к Кэти, будто боялся оставить одну в этом море взглядов и шёпотов, ещё раз поцеловал руку - чуть дольше, чем требовали приличия, - и задержался на мне взглядом. В нём было столько всего сразу: и какая-то упрямая решимость, и та самая нерешительность, что так не вязалась с его обычной холодной сдержанностью. А потом он едва заметно склонил голову, развернулся и отошёл.