Василий Петрович его ласково поругал,обнял.Но мне то было ясно что муж ему очень рад.
Я же оказалась в весьма пикантном и опасном положении. Маркиз де Лафайет, опьяненный своей славой и должностью главнокомандующего Национальной гвардии, решил, что я стану идеальным дополнением к его триумфу.
Его ухаживания были не просто навязчивыми. Они были пугающими.Он считал себя не отразимым-главный генерал республики,черт возьми!
Каждое утро начиналось с того, что к воротам нашего особняка подкатывал патруль национальной гвардии в синих мундирах. Бравые парни с мушкетами на плечах сменяли друг друга, чеканя шаг.
— Опять прислали, — мрачно доложил Архип, заглядывая в гостиную, где мы с Василием Петровичем завтракали. — Говорят, от генерала Лафайета. Для охраны почетных иностранных гостей.
— Какая трогательная забота, — усмехнулся граф, отрезая кусочек паштета. — Он берет нас в осаду, Аннушка. Хочет показать, что наша безопасность зависит исключительно от его доброй воли.А оплату за охрану желает получить от тебя,душа моя.
-Может пристрелить сукина сына?-спросила я,открывая коробку с дуэльными пистолетами.-Скажем-шальная пуля откуда то....
Муж оценил мой черный юмор.Хмыкнул.
-В иных обстоятельствах я бы давно нахлестал ему по щекам своими перчатками.Волочится за замужней дамой в присутствии мужа! Возмутительный тип!
Я испугалась.
-Дорогой,думаю что дуэли нам не нужны сейчас.
Вскоре прибыл и сам «Герой Америки». Он явился с помпой, в сопровождении адъютантов, благоухая духами и уверенностью в себе.Большая,не по росту сабля волочилась по полу.Сабли входили в моду.
— Ваше Сиятельство, графиня, — Лафайет картинно поклонился, целуя мою руку. — Надеюсь, мои люди не тревожат ваш покой? В эти неспокойные дни я счел своим долгом обеспечить вам надежную защиту. Улицы полны сброда, и я не прощу себе, если с вами что-нибудь случится.
Его взгляд, устремленный на меня, был откровенно раздевающим. Он играл роль галантного рыцаря, но в его глазах я читала холодный расчет охотника, который уверен, что добыча никуда не денется.
Я улыбнулась ему своей самой ослепительной, ледяной улыбкой. Мой опыт общения с Бриллиантовым князем Куракиным не прошел даром. Нарциссов нужно было бить их же оружием — лестью.
— О, генерал, вы так благородны! — проворковала я, изящно обмахиваясь веером. — Ваша забота — это настоящий щит для нас. Но, право слово, не стоит отвлекать ваших солдат от государственных дел. Разве Национальная гвардия не нужна сейчас в Пале-Рояле?
— Для меня нет более важных государственных дел, чем спокойствие самой прекрасной дамы Парижа, — Лафайет понизил голос, придвигаясь ближе. — Париж у моих ног, графиня. И я готов бросить его к вашим.