- Не знаю, - наконец ответила я, и мой голос прозвучал непривычно тихо, будто я боялась спугнуть это хрупкое, только-только зарождающееся чувство. - Сначала нужно понять, что всё это значит.
Кэти хотела что-то добавить, но, увидев выражение моего лица, лишь мягко коснулась моего плеча и сказала:
- Ладно, не буду лезть с советами. Но если решишь писать ответ, скажи - помогу придумать что-нибудь изящное. А пока… может, поставишь цветы в вазу? Они же не должны стоять в коробке, как пленники.
Я улыбнулась сквозь волнение и принялась искать вазу. Пока я наполняла её водой из графина, мысли метались в голове, как испуганные птицы. Подарок был красивым, трогательным, но в нём чувствовалась и другая грань - та самая, что всегда присутствовала в Кае: сдержанная сила, намёк на тайны, которые он не спешил раскрывать. И этот кулон… зачем он здесь? Был ли это просто знак внимания или нечто большее - предупреждение, оберег, часть какой-то сложной игры, правил которой я пока не понимала?
Поставив цветы в вазу, я ещё раз прикоснулась к лепесткам - они были прохладными, словно хранили в себе ночную росу, и при этом не оставляли на пальцах ни пыльцы, ни малейшего следа влаги, будто существовали на грани реальности, как видение, которое вот-вот растворится. Пробежавшись глазами по записке ещё раз, я задержалась на подписи - всего одна буква «К.», но в ней почему-то слышался его голос: ровный, чуть приглушённый, тот самый, от которого по спине то пробегал холодок, то вдруг становилось необъяснимо тепло.
- Я пойду готовиться к занятиям, - сказала мне Кэти, развернувшись в сторону двери и ехидно улыбаясь, но в этой улыбке не было ни капли насмешки - скорее та самая дружеская забота, которая не даёт человеку окончательно утонуть в собственных мыслях. - Даже не думай писать ответ без меня.
Я лишь кивнула, не сразу найдя слов. Кэти уже взялась за дверную ручку, но на миг замерла, будто что-то вспомнив, и обернулась:
- Знаешь, иногда такие подарки… они не просто так. Не просто «чтобы было приятно». В нашем мире за красивыми жестами почти всегда прячется второй смысл. Но, - она чуть приподняла брови, и в её взгляде промелькнуло что-то серьёзное, совсем не похожее на её обычную игривость, - если он сделал это, чтобы хоть немного стереть из твоей памяти что-то плохое, то это по-настоящему достойно. Просто… будь осторожна, ладно? Не спеши ни доверять, ни отвергать. Дай себе время просто почувствовать, что тебе от этого всего на душе.
С этими словами она вышла, тихо прикрыв за собой дверь, и я осталась наедине с букетом, запиской и тем самым стеклянным кулоном, который теперь лежал на краю стола, едва заметно поблёскивая в утреннем свете.