Мой внутренний аналитик из двадцать первого века, воспитанный на боевиках и полимерных «Глоках», не мог не признать: это было произведение искусства. Идеально подогнанное ложе из комлевого ореха, изящно изогнутые рукояти, покрытые тончайшей сетчатой насечкой против скольжения, и матовые, вороненые стволы, украшенные лаконичной серебряной всечкой. В отдельных ячейках коробки аккуратно расположились аксессуары: пороховница из воловьего рога с серебряным дозатором, стальная пулелейка, шомпол и запасные кремни. Они выглядели обманчиво безобидно. Словно дорогие, изящные игрушки для капризного аристократа.
Я протянула руку и аккуратно, заставив себя не коснуться спускового крючка, подняла один из пистолетов. Оружие оказалось на удивление тяжелым, с идеальным балансом — ствол словно сам находил мишень, продлевая линию руки. Воздух в кабинете тут же напитался острым, специфическим запахом ружейного масла и дорогого дерева.
— Дорогой, это для дуэлей? — спросила я, поворачивая оружие в руках и разглядывая клеймо мастера.
Василий Петрович, мягко улыбнувшись, забрал у меня смертоносную игрушку и бережно вернул её на бархат.
— И для них тоже, Аннушка. Нашему брату-дипломату в Европе иногда приходится отстаивать честь на рассвете. Но в нынешние смутные времена это больше для самозащиты. Мир стремительно сходит с ума, и доброе слово, подкрепленное парой версальских стволов, звучит куда убедительнее.
Я вспомнила нашу недавнюю встречу с венецианскими бандитами и мысленно согласилась с мужем. В восемнадцатом веке безопасность — это не полиция по вызову, а твоя собственная готовность стрелять на поражение.
— Научи меня их заряжать, — неожиданно для самой себя попросила я, глядя мужу прямо в глаза.
Василий Петрович заметно удивился. Его брови взлетели вверх, а в серых глазах промелькнуло мимолетное замешательство — светские дамы его эпохи обычно падали в обморок от одного вида пороха, предпочитая, чтобы их защищали мужчины. Но, вспомнив, с кем имеет дело, граф лишь понимающе усмехнулся.
— Что ж... похвальное стремление для графини. Слушай внимательно и запоминай, душа моя. Это может спасти тебе жизнь.
Он со сноровкой, которая показалась мне почти сверхъестественной, взял пороховницу. Вжик — отмеренная порция черного крупнозернистого пороха перекочевала в ствол. Из кожаного мешочка граф достал круглую свинцовую пулю, завернул ее в промасленный тканевый пластырь-кругляк и вставил в дуло. Перевернув шомпол, он парой резких, точных движений вогнал пулю до самого казенника. Замковая часть щелкнула, встав на предохранительный взвод. Василий Петрович сыпанул щепотку мелкого затравочного пороха на полку, закрыл огниво и взвел курок.