— Аннет! — она бросилась мне на шею, расцеловав в обе щеки. — Какая ты красавица! А как сверкают бриллианты Государыни! Весь двор только о вас и говорит!
Она упорхнула от меня и, грациозно подплыв к креслу, где сидел мой муж, сделала изящный реверанс.
— Дядюшка, поздравляю! — звонко прощебетала графиня Голицына, ослепительно улыбаясь. — Вы совершили настоящее чудо, похитив из-под носа у всего двора лучшую жемчужину!
Я замерла, с чашкой чая в руке. Мой мозг Алисы из двадцать первого века споткнулся на полном ходу.
— Дядюшка? — переспросила я, недоуменно переводя взгляд с Амалии на графа и обратно. — Какой дядюшка?
Амалия искренне рассмеялась, взмахнув надушенным веером.
— Да, Аннет! Василий Петрович — родной брат моей мамы, Екатерины Петровны Воронцовой-Строгановой. Разве ты забыла? Мы же с тобой теперь настоящая родня! Ты стала моей тетушкой!
Василий Петрович добродушно усмехнулся, глядя на мое вытянувшееся лицо.
— Именно так, племянница, — кивнул граф, ласково похлопав Амалию по руке. — Надеюсь, вы не научите мою жену тем парижским шалостям, о которых шепчутся в свете.
Я медленно опустилась на стул. Картинка мира в моей голове перевернулась с ног на голову.
«Они тут все родня! — в отчаянии подумала я, чувствуя себя полной идиоткой. — Я полная дура!» Как я могла это упустить? Мой инвесторский ум анализировал финансовые потоки, шпионские связи и геополитику, но совершенно проигнорировал банальную генеалогию! Русская высшая аристократия оказалась одной большой, тесно переплетенной деревней, где все спали со всеми, крестили чужих детей и приходились друг другу кузенами, шуринами и деверями.
Если Воронцов — дядя Амалии, значит, он шурин того самого старого графа Строганова, с чьей молодой женой я так удачно сдружилась на днях! И он же состоит в дальнем родстве с Николаем Строгановым, который сейчас скачет на войну на юге и по которому я еще недавно тайком вздыхала!
Я обвела взглядом гостиную: своих внезапно подобревших родителей-ровесников моего мужа, щебечущую Амалию, посмеивающегося Василия Петровича...
— Да, дорогая, — выдавила я из себя слабую улыбку, обращаясь к подруге. — Кажется, от предсвадебного волнения у меня совершенно вылетело это из головы. Какая прелесть... тетушка.
Мой побег в Европу обрастал всё новыми и новыми слоями дворцовой паутины. Одно оставалось несомненным: путешествие на юг в компании такого мужа и с таким багажом семейных связей точно не будет скучным.
глава десятая
Глава 10. Датский шторм и турецкие гаремы
Когда первое потрясение от внезапно открывшихся родственных связей немного улеглось, разговор в гостиной предсказуемо свернул на обсуждение нашего скорого отъезда.