И в какой‑то момент я замерла, внезапно осознав ещё одну, казалось бы, мелочь, которая тут же выросла в огромную проблему. Опустила взгляд на своё платье - удобное, простое, привычное, в котором я проводила дни за бумагами и экспериментами. Сейчас оно казалось мне нелепым, совершенно неуместным.
- Я совсем не готова! - вырвалось у меня, и голос прозвучал чуть громче, чем следовало. - Этот балахон недостаточно торжественный, а он должен соответствовать важности события! Я не могу выйти перед людьми и выглядеть так, словно только что вернулась с рынка!
Крупные капли пота начали собираться на моём лбу, дыхание участилось, и на миг мне показалось, что я вот‑вот сорвусь.
Кэти, заметив моё состояние, взглянула на меня с поддержкой и даже с какой‑то невольной улыбкой - не насмешливой, а тёплой, ободряющей.
- Ари, успокойся! - произнесла она твёрдо. - Ты просто забываешь, кто ты есть! Ты - магистр, а не простолюдинка. Люди будут слушать не ткань твоего платья, а твои слова. В них - твоя сила.
- Но это кощунство! - воскликнула я, обвивая руками себя, будто таким образом могла спрятаться от предстоящей унизительности. - Я должна внезапно появиться в сияющей одежде, чтобы произвести впечатление! Чтобы они сразу поняли: передо мной не просто докладчик, а человек, который знает, о чём говорит!
Кэти на секунду задумалась, а потом её глаза озорно блеснули.
- А помнишь, как ты для меня иллюзию делала? - вдруг спросила она. - На то свидание с Лиамом?
Я чуть нахмурилась, вспоминая: тогда мне казалось, что это пустяк, маленькая помощь подруге. А теперь эти слова вдруг обрели новый смысл.
- Так давай повторим, - решительно продолжила Кэти. - Пусть и твой наряд будет таким, чтобы никто даже не подумал усомниться в тебе. Я очень постараюсь!
Я хотела возразить, сказать, что не люблю полагаться на иллюзии, но в этот момент поняла: сейчас не время для принципов.
- Ладно, - выдохнула я. - Только сделай так, чтобы я чувствовала себя уверенно.
Кэти кивнула, быстро начертила в воздухе несколько символов, прошептала короткое заклинание, и вокруг меня заструился лёгкий серебристый свет. Когда он рассеялся, на мне оказалось платье из тёмно‑синего бархата, расшитое тонкими серебряными нитями, которые складывались в изящные узоры. Высокий воротник подчёркивал осанку, а лёгкая драпировка ткани придавала силуэту благородную строгость. Я провела ладонью по рукаву - ткань ощущалась настоящей, прохладной и плотной.
Я посмотрела на себя в небольшое зеркало, которое Кэти вытащила из ящика стола, и на мгновение даже не узнала собственное отражение. В этом наряде я выглядела не как испуганная девушка, прячущаяся за бумажками, а как магистр, готовый взять на себя ответственность.