- Это пока, - проговорила она, и эти два слова повисли в воздухе, тяжёлые и лёгкие одновременно.
Меня накрыла волна смущения - горячая, густая, она поднялась от груди к лицу, заливая щёки алым. Я даже не думала о подобном - о том, чтобы снова выйти замуж, тем более за сына герцога. И в этот момент я вдруг поняла одну вещь, которая ударила по сердцу, как холодный ветер: я не разведена и даже не вдова. Я всё ещё остаюсь женой Даэрона. Я не признала его погибшим, не прошла через все эти долгие, унизительные процедуры, не получила свободы - и теперь не могу вступить в новый брак. А чтобы сделать это, нужно пройти несколько кругов ада.
Мой взгляд померк, и я опустила голову, пряча глаза за прядями волос, которые выбились из причёски.
Герцогиня заметила это. Её улыбка исчезла, сменившись тревогой.
- Что такое, Аренсия? - спросила она, подавшись вперёд. - Неужели ты против этого брака?
- Нет, не против, - пробормотала я, подбирая слова, стараясь говорить так, чтобы она не подумала неправильно, чтобы не сочла меня ведьмой, которая сглазила её сына, как, по слухам, сглазила своего первого мужа. - Просто…
Я запнулась, не зная, как объяснить всё это, не выставляя себя слабой, не оправдываясь, не плача.
Но в этот момент дверь открылась, и в столовую вошла Мария. Она словно принесла с собой лёгкость - свежий воздух, смех, ощущение, что мир не рухнул, что в нём ещё есть место простым радостям.
Все сразу переключили на неё внимание. Роланд бросился к матери, обнимая её, и начал тараторить:
- Мам, пап и дед уехали искать дядю Кая! По тем следам, что рассказала тётя Аренсия! Значит, он скоро вернётся!
Мария сделала удивлённое лицо, будто услышала самую невероятную новость на свете, и тут же расплылась в улыбке
- Да ты что? Ну, значит, дядя скоро, действительно, к нам вернётся.
Завтрак прошёл в дружеской атмосфере, за лёгкой беседой. Мы говорили о пустяках - о погоде, о том, что Роланд скоро пойдёт на учебу, о том, что я буду помогать ему, о новых цветах в саду. И эти простые слова, как ни странно, помогали держаться на плаву.
Когда тарелки опустели, мы разошлись по комнатам, чтобы ждать возвращения мужчин.
Я зашла к себе и начала нервно расхаживать по комнате, шепча про себя одну и ту же фразу: «Пусть всё пройдёт благополучно. Пусть его найдут. Пусть это окажется не просто сон».
Но потом поймала себя на том, что так я ничему не помогу. Что моя тревога не прибавит им сил, не осветит им путь.
Я остановилась, села в кресло у окна и устремила взгляд вдаль, туда, где небо сливалось с горизонтом, а дорога уходила за поворот. Просидев так с полчаса, я решила занять себя в этом тянущемся ожидании. Взяла книгу, попыталась читать. Но строки плыли, буквы разбегались, а смысл ускользал, как вода сквозь пальцы.