Я осмотрел улицу, пытаясь понять, что могло её так испугать. И вот, я заметил двух мужчин, очень быстро приближающихся к нам. Злость сразу прокатилась по мне волной. После мыслей о маньяке эти двое не вызывали у меня ничего больше, чем ненависть.
Не заметив от меня никаких действий, Аренсия решилась снова бежать, но я остановил её и завёл себе за спину. Я не мог допустить, чтобы и с ней что-нибудь произошло.
Чтобы не напугать её ещё больше, я не стал показывать своих эмоций, лишь сосредоточено смотрел на приближающихся мерзавцев.
- Лучше уйдите, - произнёс я, стараясь донести до них всю свою серьёзность. - Вон отсюда.
Мужчины остановились, переглянулись и уставились на меня, будто не понимая моих слов. Мгновение тишины повисло в воздухе, и я мог ощутить, как накаляется напряжение, между нами.
Один из них, более высокий и небритый, шагнул вперёд, его лицо искажалось от презрения. Он что-то произнес, а второй его поддержал, но я их словно не слышал.
- Не испытывайте моё терпение, - добавил я, сжимая свою трость крепче.
Я понимал, что если они сейчас не послушают меня, то я могу сорваться, а мне бы этого очень не хотелось. И вот, они, словно чувствуя, что ситуация может выйти из-под контроля, начали в спешке отступать.
Дождавшись, пока они не скроются в толпе, я осторожно повернулся и посмотрел на Аренсию.
- Вы в порядке? - спросил я, стараясь сделать голос более мягким.
Её ответом был лишь тихий кивок. Я решил не тревожить её расспросами, давая ей возможность собраться с мыслями. Вместо этого я предложил проводить её. Замявшись, она согласилась. И вот, мы оказались вдвоём, шагая по мощёным улочкам, которые теперь казались более многолюдными и полными суеты. Каждый наш шаг стирал следы недавнего события, но воздух всё ещё был пропитан невысказанным напряжением.
- Как вас зовут? - внезапно задала она вопрос, будто сама не ожидая от себя этого.
- Кай, - ответил я, оставляя нотку недосказанности. Я не хотел, чтобы она знала моё полное имя. Это было чем-то, что я выстраивал вокруг себя за долго до того, как этот день наступил. В этом мире, полном опасностей и предательства, иметь некоторую степень анонимности было важно.
Мы двигались дальше по узким улочкам, защищёнными стенами старинных зданий, и я ощущал, как её благодарность наполняет атмосферу, между нами. Вдруг, словно констатируя, она спросила:
- Вы не любите говорить о себе?
Я оставил этот вопрос без ответа, лишь слегка улыбнулся. Действительно, я не любил особенно распространяться о себе. Кого-то моё имя могло напугать, а моя должность и вовсе заставить трястись от страха. Поэтому я предпочитал оставаться в тени, наблюдая за миром с расстояния.