Кайлан только открыл рот, чтобы начать свой рассказ, и по тому, как он на секунду задержал дыхание, как чуть наклонил голову, будто подбирал самые точные слова, я поняла - сейчас прозвучит что-то важное, то, что уже нельзя будет «расслышать», забыть, отодвинуть в сторону. И от этой неотвратимости, от понимания, что после его слов я уже не смогу делать вид, что ничего особенного не происходит, что это просто странный вечер, просто минутная слабость, просто вино, которое чуть затуманило рассудок, - от всего этого внутри всё сжалось, и я выкрикнула:
- Нет!
- Что нет, Арен? - вопросительно посмотрел он на меня, и в его взгляде не было ни раздражения, ни обиды от того, что я перебила его на полуслове. Там было только искреннее недоумение человека, который пытается понять, что происходит.
- Ничего… - я выдохнула это слово, и оно прозвучало жалко и беспомощно, потому что я и правда не смогла больше ничего придумать, не смогла облечь в слова тот хаос чувств, который вдруг поднялся во мне.
В этот момент моё тело словно окатили холодной водой, каждая мышца напряглась, а по коже пробежал тот самый ледяной озноб, который бывает, когда реальность вдруг даёт трещину и сквозь неё проглядывает что-то давно похороненное.
- Как ты меня сейчас назвал? - мой голос прозвучал непривычно тихо и хрипло, будто я долго кричала в пустоту и теперь почти потеряла голос.
- Арен, - он чуть нахмурился, будто сам почувствовал, что в этом коротком слове вдруг появилось что-то опасное, что-то, что нарушило хрупкое равновесие, установившееся, между нами.
В этот момент мой мир словно схлопнулся, сжался до одной-единственной точки, где прошлое и настоящее столкнулись с такой силой, что у меня перехватило дыхание. Ведь так называл меня мой муж. Только он. Ни родители, ни друзья, ни коллеги - никто никогда не сокращал моё имя именно так. Для всех я была Аренсией - строгой, собранной, той, кто знает ответы на все вопросы. А «Арен» звучало так, будто кто-то коснулся самой уязвимой части моей души, той, которую я годами прятала даже от самой себя.
Тяжёлые воспоминания всплыли в моей голове, сливаясь в единое целое с настоящим, накатывая волнами, которые грозили сбить меня с ног. Я видела его лицо - такое родное, такое знакомое, слышала его голос, который когда-то успокаивал меня так же, как сейчас тишина этого дома. Видела тот день, когда прощалась с ним, когда я обещала дождаться, когда он говорил, что гордится тем, кем я становлюсь. Потом были письма - сначала частые, потом всё реже, потом - ничего. Только тишина и понимание, что некоторые обещания невозможно сдержать, как бы сильно ты этого ни хотел.