Не знаю, что они ожидают услышать, но Харлан Эллисон отвечает: «Из Скенектеди[65] . Там у них фабрика идей, я оформил подписку, и мне каждый месяц шлют новую».
Интересно, сколько людей ему верят.
Меня об этом это спрашивал несколько месяцев назад первоклассный фантаст, чьим творчеством я глубоко восхищаюсь. Я так понял, что у него возник писательский блок и он позвонил тому, кто славится иммунитетом от этой болезни.
– Откуда ты берешь идеи? – спросил он.
– Я думаю, думаю и еще раз думаю, пока уже не хочется покончить с собой.
– И ты тоже? – с большим облегчением сказал он.
– Конечно, – ответил я, – а ты думал, легко сочинить хорошую новую идею?
Большинство, когда я им это говорю, ужасно разочаровываются. Им больше хочется поверить, что я принимаю что-то вроде ЛСД и идеи приходят ко мне в измененном состоянии сознания. Если надо всего-тодумать , то какой же тут романтический ореол?
Им я говорю:
– А вы сами попробуйте думать. Это куда сложнее, чем принимать ЛСД.
68. Критики
Когда «Камешек в небе» увидел свет, я наивно ожидал, что вThe New York Times напечатают хвалебную рецензию прямо в день выхода. Они, естественно, ничего подобного не опубликовали – ни тогда, ни потом, – и я быстро узнал, что для таких писателей, как я, «престижных рецензий» практически не бывает. Например, вThe New Yorker дажене упоминали ни одной моей книги, хотя меня самого – не раз.
Я быстро узнал и еще кое-что. Когда рецензии на меня начали появляться в небольших изданиях (и мне их присылали издатели или служба по подбору газетных вырезок, которой я часто пользовался в стародавние времена), обнаружилось, что они не всегда положительные, и следом тут же выяснилось, что я не люблю – нет, ненавижу негативные рецензии.
Это очередной источник неуверенности в себе, причем особенно удручающий. Потому что возникает ужепосле того , как книгу наконец издали. Что скажут критики? Не прикончит ли книгу после всей проделанной работы отвратительный отзыв?
Писатели верят, что критики обладают ужасной властью, но это только домыслы. Любая рецензия (даже нелестная) полезна, потому что упоминает книгу и доносит ее до читательского сознания. Или, как якобы говаривал Сэм Голдвин[66] : «Реклама – это хорошо. Хорошая реклама – еще лучше».
Но, даже если критик не способен убить, он все же может ранить хрупкое эго писателя. Неудивительно, что писатели повсеместно презирают и проклинают критиков. Можно собрать немаленькую (и для некритика – очень веселую) статью, если просто процитировать все поношения, что писатели обрушивают на их голову.