международными конвенциями.
Но что уж теперь? Плакаться и давать заднюю?
Наша война перешла в активную ядерную стадию с необратимыми последствиями. Приходится это
принять.
«Разве не этого ты добивалась?» – спросите вы.
Да, верно, добивалась.
Но по факту оказалась неготовой. Меня развезло, как неофита[3].
Есть потребность поговорить с Юнией, чтобы узнать, как там у Яна Романовича… Так же
внушительно? И что с этим делать? Но не решаюсь. И дело не в стыде. Возникает какое-то
чувство собственничества, запрещающее выносить интимные характеристики Егорыныча даже в
такие тесные отношения, как сестринские.
Мой же. Мой.
Пишет. Злится. Давит.
Егор Нечаев: На связи.
Егор Нечаев: Че за кидалово? Где мое «все, что захочешь»?
Егор Нечаев: Не будь такой сукой, ок?
Пропущенный вызов (2)
Егор Нечаев: Блд, ответь хоть. Куда пропала?
Егор Нечаев: Опять за свое?
Егор Нечаев: Думаешь, я у тебя на привязи сидеть буду? Щенячьими
глазами высматривать, когда ты объявишься? Хуй там.
Чтобы заставить себя написать ему, приходится выбить всех тараканов, сжечь две последние, и
без того хилые, нервные клетки, сбросить с башни несчастное пианино и надавать себе
ментальных лящей балалайкой. И что по итогу? Стратегические данные все равно не стираются!
Та самая ракета без конца визуализируется в моей почти пустой голове!
Ох…
Но делать нечего. Нечаева нужно перехватывать.
Агния Филатова: Мне нравятся твои глаза, великан. И то, как ты на меня
смотришь. Не только когда появляюсь. На протяжении всего времени. Моя душа мечется в
порывах: перекреститься или раздеться. А может, то и другое сделать? И упасть перед тобой на
колени. А дальше… Придумаешь, да?
Он пропадает из сети. Двух-трех минут достаточно, чтобы я, отгорев, ушла в паранойю.
Куда делся? Почему не реагирует?
На нервяке не выдерживаю паузу. Пишу раньше, чем следовало бы.
Агния Филатова: Жаль, что ты не настроен на серьезные отношения…
Столько могли бы попробовать вместе…
Егор Нечаев: Блядь, хватит.
Егор Нечаев: Баста.
Егор Нечаев: Я ливаю, ясно?
Егор Нечаев: Сама же на похуях, какого хрена меня разводишь? По
приколу, когда других из-за тебя штормит?
Я усмехаюсь.
Работает же. Он не отрицает.
Агния Филатова: Ты хорошо подумал? Уверен, что хочешь меня остановить?
Агния Филатова: Потому что я вполне готова продолжить и дать тебе
больше.
Мозги все еще трагически тормозят. Пишу почти на бессознательном, исчерпывая резервный фонд
и потенциал инстинктов, которые, к слову, сейчас проявляются куда агрессивнее, чем обычно.
Егор Нечаев: Продолжай.
С не знающим осторожности, несущимся, будто огромный шар с горы, сердцем срываюсь с