Потрясающий.
Я пытаюсь не кашлять, но внутри так и тарахтит. Куски железа в центрифуге, клянусь, и то бы
тише болтались.
– Идем. Не хрен глазеть, – заряжает Егор, прихватывая меня сзади и проталкивая вперед как
таран.
Господи…
Таран???
Это плохие ассоциации. Я ведь чувствуюего внушительный потенциал . Он
прожигает мне поясницу!
Интересно, член Нечаева так же выглядит? Похож, нет? Лучше или хуже? Как это все вообще
ощущается?
Вашу мать… Зачем мне эта информация?!
Мужчина прижимает девушку к стене, еще какие-то неуловимые манипуляции совершает и начинает
двигаться у ее вздернутых как антенны ног. Эта поза, вероятно, приятнее – заставляет стонать
мягче, с терпкой чувственностью.
– Не смотри, – приказывает мне Нечаев. – Просто шагай. Не смотри, говорю.
Слышу, как он смеется. И хоть этот смех кажется мне каким-то вынужденным, все же злюсь.
– Я не смотрю… Ц-ц… Ц-ц… – цыкаю, вырываясь. – Идиот.
– Смотришь.
– Откуда знаешь?
– Чувствую, как тебя ведет, – вкладывает эту рыхлую пошлость мне прямо в ухо.
Позволяя себе при этом внаглую меня лапать.
– Нет!
– Блядь… Да, – давит, кусая за шею.
– Собака бешеная… – тяну, пытаясь оскорбить и заодно ударить по лбу.
Но «узел» так бездарно распределяет ресурсы, что на ноги и руки не хватает. Первые –
подкашиваются. Вторые – слабеют настолько, что отказываются напрочь подчиняться.
– Короче, Филатова… Я не хочу, чтобы ты смотрела.
– Ах, в таком случае я буду смотреть, Нечаев!
Эпизод девятый: Жаркое вторжение.
На крыше все еще больше путается.
И я даже не про мысли… Про ощущения.
Глухие толчки баса, низкий гул вентиляции, тихое позвякивание металлических конструкций,
прохладный ночной ветерок, устрашающая высота, мягкие блики фонарей, дрожащее мерцание
рекламных щитов, бескрайность пространства… Все это я ощущаю. Все это создает общее
состояние.
Чтобы воздействовать на организм человека, на самом деле ведь не нужна радиоактивность.
Достаточно энергии, поданной в нужный диапазон частот. Люди научились худеть на
электрических импульсах, греть пищу микроволнами, дробить камни ультразвуком, резать металл
водяной струей… Практически все на этой планете отвечает на определенные колебания. Живой
организм – проще всего.
Вот и я чувствую, как все вышеперечисленное проходит сквозь мое тело, разрыхляет меня
изнутри и разгоняет до того диапазона, который вызывает мелкую-мелкую, но от того и такую
действенную дрожь.
– Что с татуировкой? Скучал?
– Еще пьяная? Хочешь?
Вопросы, хоть и не совпадают по словам, из-за того, что выданы в унисон и с одинаковым
напором, гремят, как куплет одной песни.