нескольких глазастых профурсеток.
– Я с тобой, – цедит Егор.
Такая сплоченность мне по душе. Это прям наше. Рвать друг друга, и оставаться вместе.
Эпизод шестьдесят второй: Штрафные круги.
Егор Нечаев: Ты добралась?
Егор Нечаев: Просил же отписаться. Че ты выебываешься?
Последнее бьется на нервах. Ясен пень, возможность откатить, не раздувая конфликта, у меня
есть, но я, блядь, из принципа давлю на отправку.
Закинув мобильник вглубь шкафчика, резкими движениями надеваю пояс. Ебалось бы оно… Времени
в обрез.
В долбаной раздевалке гул стоит, как на базаре, но внутри меня своя акустика гремит.
Состояние – хуйня полная. Сам это, блядь, понимаю. Не прошло ведь и часа, как мы с Филатовой
расстались, а я, блядь, уже на взводе. Внутри все натянуто до предела и частично взорвано.
Аж, сука, носит.
Хули она меня сбрасывает?
Когда задаюсь этим вопросом, сердце уже с таким размахом долбит, что по торсу, словно
ебучая штукатурка, осыпается дрожь. Напрягаю все мышцы, пытаясь гасить, так тогда под
ребрами образуется сосущая пустота.
Блядство.
Вместо того, чтобы сесть со щитками на лавку и продолжить сборы, швыряю те обратно в
шкафчик и снова хватаю телефон.
Егор Нечаев: Я сейчас на два часа на лед уйду. Вылези, будь так добра,
из жопы своей обиды, просто, чтобы маякнуть мне, что дома. Все. Больше мне от тебя ни хрена
не надо.
Один из всей команды в разобранном виде. Остальные уже шнуруются. Хорошо бы ускориться, но
мне и без экипы так душно, что пот на спине лежит. Это психогенная температура. На стрессе.
Не сбивается нихуя.
Сука, не в моменте.
Хоть я и стараюсь рассуждать здраво, повторяя себе, что Филатова, судя по выпущенному в
гребаном блоге посту, по крайней мере, жива. Это ведь хорошо. Чудесно, блядь. Сам ее убью,
как только увижу.
– Нечаев, правду болтают, что ты у себя в юниорке норм тащил? – поддевает кто-то со скамьи.
– А че к нам? Тебе же Канада светила…
– Так решил.
– И че, как тебе Киев? Уже опробовал? Или кого-то с собой привез? – подключается второй.
– С собой. Я в отношениях.
Говорю это и, если честно, сам себе не верю. Может, потому что с Филатовой, блядь, никакой
стабильности не чувствую? Она сама даже Истоминой обо мне еще не раскололась. Вчера звонила
ей по видеосвязи, так велела не отсвечивать.
– О, ништяк. У наших подруг есть общий чат. Они обычно ходят вместе на игры. Еще что-то там
организовывают… Надо твою добавить.
Кошусь в сомнениях и молчу. У меня такая «подруга», что пускать к людям опасно. Загрызет.
– Спрошу ее… Посмотрим… – давлю кругами по воде.
И отворачиваюсь.
В чертовом шкафчике такой удодский порядок, смотреть противно. Не хватает снимков паскуды,