– Не волнуйтесь, – ответила секретарша. – Я знаю Джуди-Линн.
И тут, не сойти мне с этого места, задрожала.
Джуди-Линн оказала непосредственное влияние на некоторые мои произведения. Однажды она спросила, почему я не писал о женщинах-роботах. Мне это показалось интересной задумкой, и, когда Эд Ферман (сменивший Аврама Дэвидсона на посту редактора F&SF) попросил рассказ для юбилейного выпуска, я написал ему «Женскую интуицию». Пока журнал еще готовился к печати, Джуди-Линн спросила:
– Так ты написал рассказ о женщине-роботе?
– Да, Джуди-Линн, – ответила я. – Он выйдет в F&SF.
– В F&SF! – вскричала она. – Я-то хотела его для Galaxy!
Я побледнел.
– Правда? – перепросил я, застигнутый врасплох.
Она устроила мне разнос. Конечно, в плане оскорблений ей далеко до Харлана, но у нее больше способов обозвать меня идиотом, чем можно вообразить.
В другой раз она сказала:
– Может, напишешь о роботе, который трудится, чтобы скопить денег и купить свою свободу?
Я посмеялся, сказал: «Может быть», – и забыл об этом.
Потом пришло время «Двухсотлетнего человека», а немного погодя, пока он еще находился в обреченной антологии, Джуди-Линн спросила, не подумал ли я насчет робота, покупающего свою свободу.
И тут я застыл в ужасе. Из этого семени и пророс «Двухсотлетний человек», а я совсем забыл, кто подкинул мне идею. Я запинался в оправданиях столько раз, что и представить трудно, а она налетела на меня (я был уверен, чтобы убить) с криком «Опять ты отдал мою идею кому-то другому!» Я спрятался за мебелью.
Она с большим трудом взяла себя в руки.
– Дай почитать копию, Азимов, и как хочешь, но верни рассказ.
– Как я его тебе верну, Джуди-Линн? Приди в себя. Я его уже продал.
– Эта антология никогда не выйдет, – ответила она. – Так что вернешь.
Я дал ей копию, она перезвонила на следующее утро.
– Азимов, я, конечно, очень сопротивлялась, но все равно влюбилась в этот текст. Смотри, чтоб ты его мне вернул.
И я его вернул, и это Джуди-Линн опубликовала его в своей антологии, и он заслужил «Хьюго» и «Небьюлу».
Один критик написал следующее: «Я прочитал „Двухсотлетнего человека“ – и на час вернулся в Золотой век». И почему все критики не могут раскрыть глаза так же, как этот?
У нас с Джанет вошло в традицию отмечать наши дни рождения на ужине с Лестером и Джуди-Линн. И мы ни разу не пропускали, даже в 1984-м, когда я только три дня как выписался из больницы.
Она с Лестером приходила на большой праздник 2 января 1985-го, который я устроил в честь своего «невыхода на пенсию» в шестьдесят пять лет. 18 сентября 1985-го она пришла на вечеринку в честь выхода моего романа «Роботы и Империя» («Robots and Empire»), а 4 октября Джуди-Линн, Лестер и мы с Джанет поужинали в последний раз, не подозревая, что к нам уже «мчится крылатая мгновений колесница»[86] .