дочь – отдали сына. Наверное, неудобно тебя реально выгнать. Может, жалко. Все-таки они
педагоги. Любят малышню. Чужих детей, как говорится, не бывает.
– Ха-ха, – отзывается резко и, конечно же, без смеха, орудуя лопаткой в сковороде и сводя
меня с ума. Едой и своим чертовым телом. Комбо. После алкоголя особенно тяжело. – Малышню,
блядь… Очень остроумно, Филатова.
– Я знаю. Ты фанат моих шуток.
– Я, блядь, вечный фанат.
– Говорю же.
– Был бы способ временно отключать некоторые твои функции…
– Чего?.. – обижаюсь, потому что от него заявление о каких-то недостатках в себе никогда не
потерплю. Должен любить меня полностью! – Слушай, короче, давай как-то быстрее, – подгоняя,
я фыркаю. – Мне завтра в офис, помнишь?
– Помню, – отбивает Нечаев, в очередной раз распанахивая меня взглядом откровенного
недовольства.
– Слушай, ты достал, ясно? – бросаю уже разъяренно, хотя, ясное дело, ссориться здесь и
сейчас не намерена. – Когда я в кадре или на подиуме, тебя корежит, мол, разглядывают все
кому не лень! Про твои загоны насчет домогательств, насилия и прочей херни сейчас промолчу!
Но, блин… Что не так с офисом?! Это обычная работа!
– А ты, блядь, типа не понимаешь? – рычит столь же тихо. Из-за сдерживаемого в рамках
шепота бешенства местами аж задыхается и переходит на чрезвычайно глухие ноты. – Тебя в этом
офисе точно так же, как и на сцене, глазами жрут. Как ни зайду – в приемной два-три мудака.
Сука, прям аншлаг. Только, блядь, не к Яну все рвутся. Тупо с тобой пиздят.
– Ха! – бахаю я, сама не понимая, что в этот звук включаю: радость из-за того, что он так
ревнует, или раздражение. Наверное, все вместе. Бомбит же! – Я красивая. А еще умная… Сам
говорил! Конечно, людям интересно со мной… Приятно… – улыбаюсь, почти наслаждаясь ситуацией.
Глаза Егорыныча, хоть и черные, напоминают хирургический лазер. Не просто жгут… Вспарывают.
Если не тело, то душу точно. – На любой работе так будет. Да вообще везде! Я пользуюсь
спросом! Я всегда востребована! Готовься, короче, ненаблядный! Офис отпадет – начнется
учеба… Меня всегда будут хотеть толпами!
Он хватает меня за локоть, чтобы резко подтянуть к себе. Сталкиваемся сначала носами, а
после дыханием… Боже мой, оно реально как пар! Но проблема все же не в нем, а в сумасшедшей
энергии, которая клубится вокруг, молниеносно затягивая нас в вихрь.
– Пустил. Сейчас же, – приказываю ледяным тоном, желая лишь одного – напомнить себе и ему,
что на контакт у нас нет разрешения.
Нечаев какое-то время играет желваками, но по итогу разжимает пальцы и отступает.
Я пулей вылетаю из кухни и несусь в ванную. Закрываюсь на все замки, кидаюсь к раковине,