пор браслет из того ремня, в котором Яна доставили в больницу, на запястье таскал.
– Думаешь, если я закачу концерт, его это оттолкнет?
– Думаю, тебя в принципе только я способен выдержать.
Мы оба улыбались, но в голосах и мимике сквозила агрессия. Глаза и вовсе жгли напалмом. В
них читалось желание если не убить, то как минимум серьезно ранить.
– Пиздец, герой.
– Сам в шоке.
И ухмыльнулся жестче.
– Так и трясти поджилками тогда, получается, нефиг! Никто же меня не возьмет!
– На постоянку нет. Но на разок – вполне.
Я залепила ему по роже. Он дернулся, выдохнул сквозь зубы, оттолкнул меня и ушел… Зная, что
нам надо ехать!
Час спустя, когда я уже икала, заливаясь слезами, как ни в чем не бывало явился, молча
принял душ, натянул свежее хоботье, подобрал приготовленные мной сумки и кивком головы
указал, чтобы двигалась на выход.
Сказать, что мне хотелось рвать его на куски – это, блядь, ни черта не сказать! Но я же
понимала, что если мы снова сцепимся, на свадьбу уже точно не попадем. Вышла.
И вот сейчас… Как с ним, мать вашу, контактировать?
Не было шанса, что в дороге я как-то сама собой остыну. Мне нужно было не время. Мне нужны
были извинения. А Нечаев в свою сторону злился, в моменте ненавидя меня так же сильно, как и
я его.
Ссоры из-за ревности у нас случались регулярно. Зачинщиком, сами понимаете, мог быть, как
он, так и я. В КПИ училось слишком много людей, у которых, увы, были видящие глаза. И
которых, трижды увы, нельзя было покалечить.
Честно признаться, я истощена всеми этими сомнениями, подозрениями, постоянными поисками
доказательств.
Вот была бы я уже Нечаевой… Все бы было иначе.
Вообще, когда я ревновала, мои чувства всегда казались обоснованными. Они имели право на
жизнь, даже если являлись просто частью разогнанной тревоги. А вот с черной дурью Нечаева
все было не так однозначно… Иногда я в ней прямо-таки нуждалась для подтверждения своей
ценности. Иногда она мне льстила. А иногда, вот как сегодня, бесила и оскорбляла. Я,
конечно, в восторге, что Егорыныч боится меня потерять, но, черт возьми… За кого он меня
принимает?! Я с ним такие вещи делаю, и что же, одномоментно строю планы на кого-то еще? Я
его откровенно люблю, отдаю всю себя, вкладываюсь… Разве можно это не ценить??? Да он меня
боготворить обязан! При каждом удобном и неудобной случае говорить, какая я потрясающая,
цельная, настоящая, отдающая.
Нет, ну сегодня меня прям вынесло! С хера ли я из-за всех этих страстей-мордастей на
свадьбе сестры должна выглядеть, как облезлая дворняга? Серьезно?
И Нечаев еще поучает меня? Ждет, что я отреагирую? Пойду на уступки, чтобы не позорить его