Я натуральным образом рычу с переходом на чертов крик. Будучи не в себе, замахиваюсь,
намереваясь швырнуть мобильник куда подальше. К счастью, Илья перехватывает, отбирает и
возвращает Исе.
Мне снова становится до жути стыдно. Хочется просто уйти, закрыться ото всех. Но они
продолжают втираться в мое расшатанное личное пространство, доводя до безумия.
Один мастер дрожащим тоном просит пройти к креслу, чтобы смыть маску. Вторая, периодически
шугаясь моих резких движений, храбро распыляет по волосам какой-то спрей.
Да, на таких самоотверженных людях держится мир. Но мне-то сейчас не до них! Меня уже не
спасти!
– Двое на ногах. Это ведь замечательно! Сейчас они разыщут Егора, – вещает папа. – Все
будет хорошо!
– Да сколько ж можно?! Что вы один с другим заладили со своим «хорошо»?! – истерю я. – Кто
вы такие, чтобы это обещать?! Ничего хорошего уже не будет! Никогда!
– Дочь, дочь… – приговаривает папа, продолжая кружить, когда у меня мир разваливается. – А
давай чаю выпьем?
– С конфетками, угу, – поддерживает идею мама. – Присядь, дочь.
– Не могу я сесть! Смысл??? – кричу я. Снова мечусь, звоню, чувствуя, как чертова маска
просто сползает вниз по моему лицу. – Отойдите! Вы все: не мешайте, блядь! – разгоняю без
конца сужающееся кольцо. – Илья, Илья… – тянусь к самому адекватному, который без фальши,
пустых обещаний и нелепых советов принимает ситуацию и проживает, пусть и тихо, но остро. –
Дай мне что-то, какой-то телефон… Найди!
Мне нравится, что он берет за руку, отводит в сторону, вручает свой мобильный… Сдержанно
поглаживает по плечам, пока я, прикрыв веки, слушаю гребаные гудки.
– Да, – у Марата тон не меняется.
Клятый имбецил с эмоциональным диапазоном желудя!
– Вы нашли Егора? – выдыхая, борюсь с выжимающей внутренности тошнотой.
– Да.
В этот раз все иначе… Казалось бы, получен именно тот ответ, на который я нацелилась, а я к
нему не готова. Я не готова даже к своей неготовности. В моей голове давно все рухнуло, я
просто пыталась дожить эту ситуацию до финала.
Сейчас что?
Информация бьет, задевая мое электромагнитное поле, и это чувствуется на физике. Система
безопасности организма выдает череду сигналов, одними из которых становятся мурашки прям на
макушке, зудящие, но распахнутые в пол-лица глаза и криповое копошение за ребрами.
Остальную симптоматику я не дожидаюсь.
Содрогаясь от навязчивых образов в голове, выпаливаю:
– И что с ним? Где он? Как?
– Спит.
– И-и? – голос начинает звенеть.
– Что?
– Почему вы, черт тебя дери, не будите его?!
– Будим. Не получается.
– Дай мне его! Сейчас же!
– Как я тебе его дам? Говорю же, спит.