чувственно, нежно. Пока я жру ее рот, столь же одержимо засасывает глубже. Для этого меня на
себя и тянет. Для этого загоняет под кожу когти. Для этого лезет все ближе, все выше,
пытаясь оседлать.
Трудно держать контроль, когда вся моя жизнь распадается на атомы.
Перекреститься или раздеться?
Упасть на колени…
ФОТКИ. ФОТКИ. ФОТКИ.
Сидя между твоими бедрами, когда ты лежишь…
ФОТКИ. ФОТКИ. ФОТКИ.
Наездница.
Догги.
Шестьдесят девять.
ФОТКИ. ФОТКИ. ФОТКИ.
Я вся пылаю.
Тоже хочу.
Готова принять весь твой потенциал.
ФОТКИ. ФО-О-ОТКИ…
Я реагирую не только на контакт в настоящем, но и на все то, что было до него. На доводящую
до перегруза красоту обнаженного тела Филатовой. На ее резкие развратные, почти что любовные
признания. На все намеки и чертовы загадки. На травящие волю меткие обещания. На каждый
элемент нового уровня наших ни хрена не понятных отношений. На все то, что напрочь лишило не
просто сна – покоя в принципе.
Сокрушался и раньше, что запечатлен на проклятой А.Г.Н.И.И чересчур мощно. Но только после
перехода на уровень выше допер, насколько охуительно фатально все может быть.
Филатова довела меня до состояния лютого возбуждения, требующего разрядки по сто раз на
дню. До боли в хоботе, отеков и синяков на нем. До полной, сука, зацикленности.
Руки стер – это, знаете ли, тоже не гипербола. Такое реально. Стер руки, член и слой
какой-либо адекватности со своего, мать вашу, тотально ограниченного мозга.
Знал тело Немезиды в подробностях, за исключением пары, несомненно, важных пробелов. Ясен
черт, это не давало мне существовать нормально.
За столом трещали про формулы, стихи, и как сложно все это было учить. В целом согласен,
непросто. Откуда только резерв той памяти, что взяла в архив Немезиду? Там ведь стопудово
тысячи файлов с мельчайшими деталями всех участков. Мозгу похрен, сколько все это весит. Он
существует, чтобы пушить непрерывными командами половую систему, требуя производить
повышенное количество ДНК-содержащих сперматозоидов, будто размножение путем совокупления –
наша единственная возможность выжить.
Ебаный, ебаный ад.
М.А.Г.И.Я.
Когда имею рот А.Г.Н.И.И., в башке нещадно рвет залпами. Да по всему телу, чего таить,
высаживает. А она еще седлает мою ногу, присасываясь к бедру той частью себя, которая меня,
не скрою, интересует сильнее всего, и одновременно с этим натирает коленом мой
многострадальный, но до хуя жаждущий член.
Немезида называет его ядерным потенциалом или более лампово, в минуты слабости, кабачком,
но сейчас, видит Создатель, он включается, как меч джедая. Воет, мать вашу, сиренами и куда