Сдав «Путеводитель Азимова по Библии», я словно чего-то лишился. Я работал над ним так долго и получил такое удовольствие, что не хотелось прекращать. И гадал, найду ли еще что-нибудь близкое по удовольствию – а что во всей английской литературе может сравниться с Библией? Конечно же, пьесы Шекспира.
Поэтому в 1968-м я начал «Путеводитель Азимова по Шекспиру» («Asimov’s Guide to Shakespeare»), задумав внимательно пройтись по всем его пьесам, объяснить все аллюзии и архаизмы, разобрать все отсылки к истории, географии, мифологии и вообще ко всему, что только стоит разбора.
Начал я даже раньше, чем сообщил о своей задумке в Doubleday, не говоря уже о подписании контракта. Но закончив анализ пьесы «Ричард II», я показал его Ларри Эшмиду и попросил контракт. Ларри согласился, а я продолжил неистово трудиться над книгой.
Из всего написанного мной приятнее всего оказалось работать над автобиографиями. В конце концов, разве может быть тема интереснее меня самого? Но если не считать их, то приятнее всего писался «Путеводитель Азимова по Шекспиру». Я обожаю Шекспира с самого детства, и с каким же удовольствием я сперва скрупулезно его перечитывал, строчка за строчкой, а потом пространно писал обо всем, что вычитал.
И меня за это вознаградили: вскоре после переезда в Нью-Йорк и сразу после окончания Дня независимости, когда Джанет уже вернулась к своим пациентам, я получил гранки – много гранок, потому что книга получилась на полмиллиона слов. Так у меня появилось занятие, как раз когда срочно требовалось чем-то отвлечься от чувств вины и неуверенности в себе.
Гранки – для тех, кто не знает, – это длинные листы, на которых напечатана книга, обычно по две с половиной страницы на каждом. Автор должен их внимательно перечитать, вылавливая все опечатки типографа и собственные погрешности. Этот этап вычитки и корректуры существует, чтобы итоговая книга вышла без ошибок.
Подозреваю, для большинства писателей финальная верстка – мучение, но мне это нравится. Это возможность перечитать себя. Вот только вычитываю я плохо, потому что слишком несусь по тексту. Я читаю «гештальтами» – по фразе за раз. Если где-то с буквой ошиблись, перепутали местами, пропустили, добавили лишнюю – я не замечаю. Мелкая ошибка теряется в общей правильности фразы. Приходится заставлять себя приглядываться к каждому слову, к каждой букве по отдельности, но стоит расслабиться хотя бы на секунду – и я снова уношусь вперед.
Идеальный корректор, на мой взгляд, должен знать все аспекты произношения, пунктуации и грамматики, но при этом оставаться слегка дислексиком.