– Я вырву твой сучий язык, – рычу, кидая лапу и на броске вцепляясь ей в шею. Рывком
подтягиваю к себе. Рывком дергаю вверх. Прикладываюсь лбом. Ресницами цепляемся, когда,
глядя в ее мутные черные, обещаю: – Но сначала ты вылижешь им мой член. От головки до яиц.
Клянусь.
– Умрешь девственником. Клянусь, – отражает гадина, не меняя тона.
Отрываюсь, чтобы на проржавевших связках сипло заржать.
– Я девственник? Как тебе такое в голову взбрело?
Сидящая на ее лице маска невозмутимой стервозности падает.
– Что значит, ты не девственник? У нас ведь был запрет на отношения и… Когда успел?..
– Чтобы трахаться, необязательно состоять в отношениях.
– По курвам ходил? – хрипит, выдавая странно-болезненные ноты.
У меня самого, хрен знает почему, увлажняются глаза.
– Почему сразу по курвам? – недоумеваю искренне. Вполне обоснованно оскорбляюсь. На серьезе
защищаю: – Нормальные девчонки были…
И Филатова таки заряжает мне по лицу. Заряжает, а потом горланит:
– Катись ты на хрен, Нечаев, понял?! Вали! Вали, ясно?! Беги в свою Канаду! Потому что в
Киеве я тебя видеть не желаю! В своей стране видеть не желаю! Убирайся! А я выйду замуж за
другого, понял?! За того, кто не будет стрематься в открытую мной восхищаться! За того, кто
любить меня будет! За того, кто будет верен! Трахаться с ним буду, понял?! Трахаться и
думать о том, какой ты жалкий! Моя девственная кровь измажет его член, впитается в его
плоть, смешается с его ДНК! А я будут думать, думать, думать о тебе, чертов ты кретин!!!
Чтобы у тебя днем и ночью подгорало! Сутками напролет! Чтобы тебе покоя без меня не было!
Никогда!
– Заткнись, сука! Сука! Заткнись! Просто заткнись! – ору в полном, блядь, неадеквате, едва
не сворачивая ей шею.
Следующие секунды ничего не вижу, потому что пелена на глазах – багровая, непроглядная,
влажная. Ничего не слышу, потому что собственный сорванный голос заглушает все, вплоть до
самых громких звуков. Ничего не соображаю, потому что в башке варится исключительно то, что
туда вложила Агния. Ничего не чувствую, потому что все существо ширяет ярость, которая,
атакуя физическое тело, крайне быстро превращается в столь же осязаемую и все же
нечеловеческую боль.
– Все, блядь. Все, – давлю я тихо.
Медленно разжимаю пальцы и, не проверяя, что нового Филатова выкатывает, ухожу. А она
выкатывает, бросаясь мне в спину, будто гончая.
– Да я быстрее тебя заслуживаю быть Нечаевой, ясно?! Все! Не все! Не все!!!
Больше не ведусь. Отмахнувшись, уношу ноги, понимая, что если задержусь хоть на миг,
реально ее убью.
[1] Булшит – это сленговое слово, означающее чушь, ерунду, бред. Говорится с оттенком