сплетении. Это, блядь, следствие адского накала и резонных опасений. Фонит же от нее такими
радиоактивными, что возникает ощущение эпицентра катастрофы, которая от тебя в развороте
места мокрого не оставит. Никаким спокойствием тут даже не пахнет.
Сколько раз ловил себя на мысли, что одному против толпы проще стоять, чем моментами с
А.Г.Н.И.Е.Й. лицом к лицу? Никак не могу от этого отделаться. И суть не в поясах. Физически
я, один хрен, сильнее. А вот психологически… Ментально держать с ней связь бывает сложно.
Сейчас тот самый случай. Я до усеру боюсь ее расстроить, но, ясен пень, еще не обладаю
настолько уверенным опытом, чтобы совсем не лажать. Да и ее чуть что нехуево так на эмоциях
таскает. Нереально сохранять мир, как ты, сука, ни старайся.
И зачем только я просил этот ужин?! Понятно же, что Ага с ее, блядь, характером чрезвычайно
серьезно к делу подошла. Если что-то пойдет не так, виноватым и не факт, что живым останусь
я.
Покорно вбираю летающую, как чертов эфир, энергетику. Всухую сглатываю, определяя ту на
самое дно и, подыгрывая, беззаботно улыбаюсь Немезиде в ответ, рассчитывая, что она с этим
обменом благополучно утихомирится и в ближайшее время не рванет.
Хуй там.
Филатова выложилась, наверняка устала, а сейчас еще и на нервах… Забьюсь ли я в экстазе
после всех ее трудов? От накала даже воздух трещит.
Стоило бы со старта выдать базу – поблагодарить и похвалить… Но исходящее от нее напряжение
не дает мне открыть рот.
Вдруг что-то мимо кассы вальну? Надо обдумать. Взвесить каждое слово.
Чтобы забить паузу, да и просто из голодного любопытства, пока движусь к Аге, чтобы помочь
ей сесть за стол, бегло изучаю его богатство. Мясной нарезкой, зеленью, овощами и фруктами в
наше время в принципе не удивить. Тем более, что я сам все добро покупал. Но подача от
Филатовой – искусство, которое не в каждом мишленовском ресторане увидишь, а бывал я во
всяких. От Немезиды все настолько изящно… Охуенно эстетично. Я подвисаю.
Ну и этот ее Веллингтон… Собственной персоной, блядь.
Если судить цинично, на вид, как батон на подложке из пятнистых листьев. Но я ведь знаю,
что в середине за кандибобер. В курсах и связанных с его приготовлением заморочек.
Мать вашу…
Только из-за этого церемониального артефакта есть стойкое ощущение, что я, сука, на приеме
государственной важности веке так в девятнадцатом, а то и восемнадцатом.
Я стараюсь сдерживаться, но глаза от непроходящего ступора так и лезут на лоб.
Она сделала это для меня? Серьезно? Или просто выебнуться хотела, мол, могу?..
Упершись ладонями в колени, беру наклон, ровняя голову параллельно столу, чтобы получше