суть: – Так-так-так… Что это тут у нас?..
Егорыныч, между тем, встает и вскидывает стопку, чтобы сказать тост.
– За сестру невесты! – мощно выкатывает через зал, не сводя с меня своего варварского
взгляда. – Да не достанется она кому попало. Пусть Господь определит ее в надежные руки.
Руки крепкие, но бережные.
Звучит нагло. Безбашенно нагло. С четким посылом, что именно он претендует. И судя по
свистам, возгласам и прочему беспределу в зале, это слышу не только я.
Рвущий виски пульс высаживает мне мозги… И начинает медленно оседать вниз по телу. Чувствую
его толчки в самых разных местах. В самых неожиданных он опять-таки детонирует. Телу
становится одуряюще горячо, особенно изнутри. А вот ладони, напротив, холодеют. Ощущаются
дрожащими и липкими.
Но я прошу у ближайшего стола рюмку и, поднимая ту, добавляю:
– Пусть благословит мужчиной по сердцу и по силе!
– Горько! – запечатывает Егорыныч с шальным намеком на поцелуй между нами.
Прямо сейчас.
Я улыбаюсь и отражаю:
– Люблю, когда сладко.
И выпиваю.
Он, так и не оторвав от меня взгляда, следом свою стопку осушает.
– О-о-о, – протягивает Шатохин многозначительно. Столь же демонстративно хлопает и
заявляет: – Даю лям, что все тут уже и определилось и благословилось. Осталось по мелочевке
раскидаться.
– Так это уже сватанье? – выкрикивает кто-то его компашки.
Они все статные и солидные, но из-за своего снисходительного отношения к нам немного
раздражающие. Будто то, что мы проходим, им досконально понятно.
– Это они уже откровенно метят друг друга.
– Обычные брачные игры… Хорошо, что не бои.
Роман Константинович, не напрягаясь, впрочем, с едва заметной усмешкой смотрит на Егора,
слегка ведет плечами и внушительно уточняет:
– Я что-то пропустил?
– Никак нет, – отбивает тот, заметно вытягиваясь.
– Смотри мне. Голову свою горячую держи на плечах.
– Да у вас тут явно вторая свадьба зреет! – засаживает тот же Шатохин.
– Пусть зреет, – отзывается Роман Константинович с той же усмешкой. И каким-то прям
философским тоном добавляет: – Мы не против. Только чтоб по-людски все.
Я резко отворачиваюсь.
Марина цокает языком и резюмирует:
– Атмосфера накаляется… Сейчас, я так понимаю, надо следить, чтобы диджей не включил
что-нибудь из «Мортал Комбат».
– Следи, Марин, чтобы он не включил «Рюмка водки на столе». Это гораздо страшнее. Ведь там
про линию колен, которую целуют в последний раз. – Пока она, моргая, переваривает, бросаю: –
Дай мне пять минут, и я снова взорву этот херов зал.
Шатохина выглядит по-прежнему рассеянной, но все же кивает.
И я разворачиваюсь, чтобы продолжить путь.