– Так себе история, – бормочу, не поворачивая головы, но поводя в ее сторону взглядом.
Водила, у которого, вполне очевидно, окончательно замкнуло клеммы, крякает нечто не особо
членораздельное, но, судя по сопутствующим кивкам, солидарное. – Тем более в твоей
интерпретации… На постой все утрируешь.
– Что? Когда это я утрировала? – возмущается Немезида. – Раз такой умный, умеешь
пользоваться гуглом… Возьми и проверь! Да, Марии-Антуанетте вменяли слишком эмоциональную
связь с одним графом, но лично я уверена, что там не было ничего предосудительного! И
вообще… Все красивые истории по-своему трагичны! В этом их шарм! Разбираться надо!
– Хуясе шарм… – хмыкаю я, обращая к ней все свое мрачное внимание. – Олдам скворечники
снесли!
– Снесли и снесли, – вздыхает Ага, беспечно пожимая плечами. – Зато они вошли в историю как
символ эпохи, а не парочка ноунеймов. У тебя вон спустя триста лет столько эмоций! Адреналин
на ровном месте, смотрю, подскочил!
– С тобой он у меня, блядь, не падает.
– Не благодари!
– Я… эт самое… – встревает в разгорающийся по-новой срач водила. – Я вот тоже за позитив.
Мы с женой, когда выдается свободный вечер, смотрим вместе фильмы. Так, эт самое, выбирать
стараемся комедии, чтобы конец был точно хороший…
– Фу, какая безвкусица! – выпаливает Филатова, скрещивая на груди руки и сердито
откидываясь на спинку. – Невероятная пошлость!
Таксист краснеет.
– Почему пошлость-то?.. – не врубается по смыслам. – Нет там никакой пошлости…
Ага без объяснений отворачивается к окну. Я растираю бровь и, незаметно спускаясь ниже,
прижимаю палец ко рту, чтобы подать водиле знак. Учитывая все, что Филатова выкинула за час
с небольшим, он охотно ему внимает.
Так и доезжаем. В полной, блядь, тишине.
На выходе из тачки Филатова, конечно, кидает очередные претензии:
– Куда еще везти девушку среди ночи, как не в лес…
Но особо не распаляется. То и дело озираясь по сторонам, будто реально рассчитывая
зацепиться за что-нибудь взглядом в царящей вокруг темноте, и на метр от меня не отходит.
Терпеливо ждет, пока я рассчитываюсь, и без всяких указаний шаг в шаг со мной к домику идет.
Водила задерживается, чтобы подсветить нам путь фарами, так что без труда всходим на
крыльцо. А там уж, помогая себе мобилками, находим и ключ, и замочную скважину. Попадаем
внутрь.
Как звучит-то… Полный пиздец.
Для моего стояка – издевательство форменное. Дергаясь, эта животина с бесперебойной
пульсацией лупится в двойную преграду в виде ткани и странным образом душится за ней. Будто
ему, сука, может не хватать кислорода.
Основная проблема в тесноте.