всего, что было между нами прежде, но, блядь, она та-а-ак возбуждает.
За миг до того, как мой рот сминается властным поцелуем, чувствую, что рухнувшая на меня
плита обладает сверхчеловеческим сердцебиением. Поймав Нечаева в захват, словно мы на татами
– руками и ногами, от избытка ощущений несколько раз всхлипываю, а затем, на тех же
излишках, протяжно мычу. Мое собственное сердце, конечно же, бьется с не меньшей дурью, и
непосредственная близость делает свое дело… Поймав общий ритм, наши главные органы, смещаясь
еще ближе к центру грудных клеток, примагничиваются, чтобы создать феноменальный планетарный
резонанс.
Гул такой, черт возьми, мощный, что способен расколоть земную кору. Что уж говорить о нас?
Он вибрирует в наших телах на той самой фундаментальной частоте, которая сдвигает
тектонические плиты и рождает новые материки. Естественно, нас трясет. С единой силой.
Нас намертво вжимает друг в друга.
Рот Егора, бесперебойно обрушивающийся на мой, душит, клеймит, выжигает, заставляет его
принимать, даже если бы я вдруг не хотела. Этот напор мной бесконечно любим, чертовски мной
одобряем. Он воспламеняет все тело, делая меня напрочь дурной. Мы сплетаемся языками и
тремся ими с такой интенсивностью, что создается статика. Она и стреляет в и без того
поплывший мозг искрами.
Наши рты разлепляются и в ту же секунду ощущаются неполноценными, неспособными друг без
друга существовать. Я, блядь, задыхаюсь и с нарастающим шумом хапаю губами воздух. Егор же
еще чуть отстраняется. Смотрит, утаскивая в свою темноту. Эта темнота по факту –
головокружительный калейдоскоп похоти. Без всякой йоги раскрывает чакры.
Мы, не сговариваясь, на одних инстинктах перестраиваем наши тела – я выгибаюсь в пояснице и
поднимаю вверх таз, а Нечаев, привставая на колени, ладонями по моим бедрам фиксирует угол.
Точно то, что он хотел… Максимальный доступ. Идеальная мишень.
О Боже, Боже, Боже… Бо-о-оже! Я хочу член своего Егорыныча. Адски хочу.
Стенки влагалища настолько отекли от приливших жидкостей, что я отчетливо чувствую тесноту,
словно там уже что-то есть… Словно я уже наполнена. Ох, черт, это ощущение очень плотное,
горячее и ноющее.
Что же будет, когда во мне реально окажется член?
Страха нет. Ничуть. Только зверское любопытство и бешеная жажда.
Так что, когда Егор, повозив по щелке дробно пульсирующей головкой, направляет член ко
входу, ликую как никогда. Готовясь его принять, каждый миллиметр моего тела приходит в
состояние тотальной мобилизации. Психика, сопутствуя, врубает разгоняющийся саундтрек,
который, между прочим, силами моего же организма создается. Все функции, даже скрытые,