Сера чуть склонила голову:
— Рассказывай, мальчик. Легче станет.
Эйден поднял на неё глаза — и вдруг заговорил. Сначала медленно, с запинками, а потом быстрее, словно прорывая плотину, которую строил всю свою короткую жизнь.
1. Идеальный солдат
1. Идеальный солдат
Эйден не помнил матери. Отец погиб на шахтах Цереры, когда сыну исполнилось пять лет. Дальше были казённые дома, интернаты, «школы для будущих защитников отечества» — так это называлось официально. Неофициально в этих кузницах из сирот ковали идеальное пушечное мясо.
Первое воспоминание: ему шесть, он стоит в длинной очереди к раздаточной. Каша холодная, хлеба дают один ломтик. Впереди толкается старший мальчишка, отбирает у кого-то пайку. Эйден тогда спросил: «Почему он так делает?» А воспитательница, сухая женщина с седым пучком, ответила: «Потому что может. Сильный выживает. Слабый умирает. Запомни это».
Он запомнил.
В школе их учили, что Конфедерация — это семья. Что генералы — отцы, которые заботятся о них. Что враг — это тот, кто хочет отнять у тебя дом, даже если у тебя никогда не было дома. Показывали картинки: счастливые дети в чистых городах, улыбающиеся колонисты, цветущие сады. И другие изображения: разрушенные здания, трупы, злые лица с подписями «террористы», «сепаратисты», «враги народа».
Эйден верил. Ему было легче верить, чем сомневаться. Сомнения наказывали. Веру поощряли — иногда даже лишним куском хлеба.
В двенадцать лет он впервые увидел настоящую войну. Трансляция с фронта — красивая, отретушированная, под бравурную музыку. Солдаты в сверкающей броне, дроны, разрывающие врагов в клочья, генералы, вручающие награды. Эйден смотрел, раскрыв рот, и мечтал стать таким же. Сильным. Уважаемым. Героем.
В четырнадцать он впервые ударил человека. Тот был младше, слабее, попытался украсть у Эйдена паёк. Юноша бил и не мог остановиться — кулаки входили в мягкое, под пальцами хрустело, а в голове стучало: «Сильный выживает. Слабый умирает». Потом его оттащили. Тот парень остался жив, но смотрел на Эйдена с ужасом. Воспитательница похвалила, похлопала по плечу юношу. Говорила: «Молодец, Эйден. Ты не слабак». А Эйден гордился собой. Он стал сильным.
В восемнадцать юноша получил распределение. Попал в учебку на спутник газового гиганта, где из него выбивали последние иллюзии розгами и бесконечными марш-бросками. Инструкторы орали, что они — элита, что их боятся и уважают. Эйден старался. Он хотел быть хорошим солдатом. Хорошие солдаты получают одобрение. А одобрение — это почти любовь, которой у него никогда не было.