— Ну ты даёшь, пацан, — ухмыльнулся Ник. — Реально гений.
— Это слишком громко сказано, — смутился Макс. — Я просто чувствую «железо», а оно отзывается.
— Волшебник, — рассмеялся старый солдат. — И где таких делают?
— Лучше не спрашивай. Давайте рисовать план. И... пожрать бы.
— И то верно. На голодный желудок мусор вывозить — дело не геройское.
8. Мусорщики
15 октября 2267 года, улицы Нового Багдада.
Мусоровоз модели «Утилизатор-4» был старым, вонючим и идеально подходил для их плана. Громыхая пустым металлическим кузовом, он выехал с базы. Внутри за фальшпанелями скрывались пять ёмкостей, предназначенных для отходов пищеблока.
Здоровяк Ник сидел за рулём. Его механическая рука с тихим жужжанием легко переключала скорости старой коробки передач. Рядом с ним в тесной кабине, стараясь не попадаться в поле зрения дорожных камер, сидел Лекс.
— Пять лет, — сказал Ник, не отрывая взгляда от разбитого асфальта промзоны. — Пять лет, Лекс. Я был уверен, что ты погиб.
— Я и погиб. Несколько раз, — сухо ответил Лекс.
— А теперь ты здесь. И снова с войной в обнимку.
— Всегда с войной.
Ник усмехнулся, качнув головой.
— Дана сказала, у тебя есть план.
— Есть.
— Рискованный?
— Очень.
— Ну, другие ты никогда не любил, — хохотнул ветеран, и в этом смехе послышалось одобрение.
— Так точно, — отозвался его старый товарищ.
Мусоровоз, пыхнув облаком сизого дыма, свернул в глухой переулок и остановился над люком коллектора. Ник вышел, огляделся и с лязгом откинул тяжелую крышку.
— Вылезайте, герои.
Из темноты показались Эйден и Макс. В руках он сжимал самодельный блокировщик, словно самое ценное сокровище в галактике.
— В кузов, живо, — скомандовал Ник. — Там воняет так, что ни один патрульный не полезет проверять лично.
Они забрались в душный мусорный отсек. Запах и правда был чудовищным: смесь гниющих объедков, едких химикатов и застоявшейся сырости. Но выбора не было.
— Блокировщики? — шепотом спросил Эйден, натягивая респиратор.
— Работают, — отозвался Макс, сверяясь с показаниями индикаторов. — Камеры нас «слепят», тепловизоры не считывают живое тепло. Для их систем мы — просто куча органического мусора.
— Тогда погнали.
Мусоровоз тронулся. Дорога до дата-центра заняла бесконечно долгий час. Трижды их останавливали патрули Конфедерации, но каждый раз Ник мастерски разыгрывал роль ворчливого работяги: предъявлял поддельные накладные, ругался на «проклятых повстанцев», из-за которых перекрыли полгорода, и его пропускали.
— Везёт, — прошептал Эйден в темноте контейнера.
— Не везёт, — поправил его Макс, не выпуская прибор из рук. — Математика и технологии.