***
Пунг стоял у окна резиденции, глядя на город, который больше ему не принадлежал. За его спиной на экране снова и снова прокручивалась запись его позора.
— Как это произошло? — голос главнокомандующего был пугающе тихим.
Полковник, стоявший за его плечом, побледнел. В его груди боролись два чувства: привычный страх перед тираном и жгучее отвращение к предателю, готовому скормить своих солдат инопланетянам.
— Взлом профессиональный, сэр. Использованы наши внутренние протоколы. Технически... это мог сделать только один человек.
— Вальтер? — Пунг медленно обернулся.
— Нет, сэр. Его сын, Макс.
Пунг криво усмехнулся.
— Щенок. — Испарина выступила на его лбу. — Мальчишка... Я недооценил его.
— Что будем делать, сэр? Объявим фейком?
— Не выйдет. Правда слишком очевидна. Готовьте личный корабль. Мы улетаем к Муран. Договариваться по-новому. Здесь оставаться опасно.
Пунг вышел из кабинета, не оборачиваясь. Полковник остался один в тишине, пронизанной солнечными лучами. Он посмотрел на свои шевроны и прошипел сквозь зубы:
— Ублюдок...
Он понимал: корабль Конфедерации идёт на рифы. И, возможно, именно ему, полковнику, придётся прикончить капитана, прежде чем судно окончательно пойдет ко дну.
Глава 7 Возвращение 1. Небо над Оруином
17 октября 2267 года, орбита Оруина
Крейсер Муран вышел из гиперпрыжка плавно, как ныряльщик, всплывающий на поверхность. Переход из одного состояния в другое всегда казался Лексу моментом, когда время замирает. Сначала — слепящая белизна, за которой ничего нет, пустота, где даже мысли застывают. Потом — удар, возвращающий тело в реальность. И только после — звёзды, которые перестают тянуться светящимися нитями и замирают на своих местах. В иллюминаторе он увидел, как корабль разворачивается курсом на Оруин.
Лекс смотрел на планету, и в груди разливалось что-то тёплое, почти забытое. Серо-зелёный шар, опоясанный белыми прожилками облаков, казался сейчас самым красивым местом во вселенной. Он не думал, что когда-нибудь сможет так смотреть на планету. Не как солдат, оценивающий укрепления и точки высадки. Не как снайпер, высчитывающий ветер и дистанцию. Не как ветеран, вспоминающий, сколько крови пролито на этой земле. А как человек, возвращающийся домой.
Домой. Странное слово для того, у кого никогда не было дома. Кассиопея-9 — лишь место, где он родился, где узнавал, любил, терял и разочаровывался. Домом это место не стало. Интернаты, казармы, полевые лагеря, чужие планеты, где он убивал и выживал... Нигде он не задерживался дольше, чем требовалось. Нигде не оставлял ничего, кроме пуль и трупов. А теперь у него появилась семья. Сера, которая стала ему матерью. Эйден, ставший младшим братом. Макс — мальчишка, который из бунтующего подростка превратился в осознанного мятежника, понимающего, за что он борется. И Вера… Она больше, чем друг…