— Много лет прошло. Многое изменилось, — Док прищурился, мучительно долго потирая небритый подбородок. — Если расчёты этого мальчишки и Макса верны… да. Теоретически — да. Но мне нужны мощности промышленного синтезатора высокого давления. В этом проклятом подвале я могу разве что сварить антибиотики прошлого века. Нам нужен доступ в медицинский сектор Цитадели или в университетскую лабораторию. Без вариантов.
— Значит, мы возвращаемся в пасть к волку, — генерал Серов поднялся на ноги.
На этот раз он не искал опоры в руке Ника. Он стоял ровно, расправив широкие плечи, и в его не заплывшем синяком глазу горел тот самый холодный огонь, который Лекс видел только во время решающих битв на Оруине.
— Арли уверен, что мы — крысы, которые зализывают раны в сточных канавах. Он думает, что смерть Макса сломала нам хребет.
Генерал тяжело опустил свою огромную ладонь на навигационный блок, словно принося присягу.
— Макс отдал свою жизнь не для того, чтобы мы сидели в этой сырости и ждали, пока мир превратится в кладбище разума. Он дал нам не просто данные. Он дал нам последний меч. И теперь мы решим, как глубоко мы вонзим его в сердце этого режима. А ты смышлёный, Эйден, — генерал кивнул парню.
— Макс всё-таки чему-то меня научил, — ответил тот. — Мне далеко до него, но я попытаюсь быть как он.
3 Тень «Черного Октября»
Ник разложил на щербатой поверхности стола детализированную голографическую карту Нового Багдада. Свет от неё падал на их лица снизу вверх, превращая героев в призраков, замышляющих недоброе.
— Послушайте, расклад паршивый, — Ник закурил, и облако серого дыма повисло над картой города. — Арли полностью зачистил информационное поле. После взрыва на «Альире» он объявил чрезвычайное положение. Для всех граждан генерал Серов официально мёртв — казнён как предатель. Лекс — безумный мясник и террорист, взорвавший военный объект. Стоит нам высунуть нос из этого подвала, и на нас набросится не только гвардия, но и обычные люди, чьи мозги уже наполовину промыты пропагандой.
— Нам не нужно сочувствие миллионов, — Лекс жёстко, до хруста в костяшках, ткнул пальцем в самый пик Шпиля Единства, возвышавшегося над центром города. — Нам нужен доступ к главному ретранслятору Альянса. Эйден, ты сможешь транслировать данные Макса в прямой эфир?
— Если я буду внутри узла связи — да, — парень кивнул, его глаза горели решимостью. — Я смогу перехватить основной поток вещания. Когда Арли выйдет на свой балкон для торжественной речи, люди увидят не его лощёную физиономию, а списки лабораторий, формулы вируса и запись его собственного голоса, планирующего их конец. Но они снова могут назвать наше сообщение фейком. Нужны веские доказательства.