— Есть у меня одна мысль. Но нужен человек. Свой.
— Свой в Новом Багдаде? Откуда?
— Здесь остались ветераны Альянса. Те, кто не смог уехать до того, как Конфедерация заблокировала границы сектора. Они знают, что я не предатель. По крайней мере, знали раньше.
— Ты в них уверен?
— В этом мире я уверен только в том, что все мы когда-нибудь умрём, — угрюмо ответил он. — Но Ник... мы вместе прошли через такую мясорубку на рубежах, что вспоминать страшно. Он был чертовски хорошим солдатом. И другом... И Дана — она из разведки, умеет прятать так, что сам дьявол не найдёт. Если они живы...
— А если нет?
— Тогда будем прорываться к челноку сами.
Эйден кивнул. Другого выхода действительно не было. Жар у Макса немного спал, он забылся тяжёлым сном, лишь изредка постанывая. Лекс осторожно коснулся лба юного гения и, до хруста сжав челюсти, произнёс:
— Не всё так плохо. Бывало и хуже.
Он повернулся к Эйдену, внимательно оглядывая его фигуру:
— Как нога? Идти сможешь?
— Лучше, — выдохнул тот, стараясь не выдать дрожь в голосе. — Просто связку потянул, ерунда. Разойдётся.
Лекс смотрел на Эйдена в полутьме и не видел, как у парня белеют губы от усилий. Эйден врал. Он сам не понимал, перелом там это или тяжёлое ранение, но знал одно: сейчас он не имеет права быть обузой. Если Максу нужно выжить, Эйден будет идти, даже если кость будет торчать наружу.
6. Охота
3 октября 2267 года, резиденция генерала Пунга, Новый Багдад.
Генерал Вальтер стоял у панорамного голографического экрана, на котором в реальном времени мелькали кадры ночной погони. Лицо его окаменело, превратившись в бесстрастную маску, и только желваки, мерно ходившие на скулах, выдавали бушующую внутри бурю.
— Докладывайте, — приказал он, не оборачиваясь. Голос звучал сухо, как треск ломающегося льда.
Офицер связи, стоящий за спиной генерала, нервно сглотнул.
— Они ушли в коллекторы, сэр. Мы прочёсываем каждый метр, но система подземных коммуникаций старого сектора слишком обширна. Тысячи километров туннелей, заброшенных бункеров и технических станций. К тому же там остались минные поля ещё со времён восстания.
— Мины?! — Вальтер медленно обернулся. — И это, по-твоему, должно останавливать моих людей? Лекса они не остановили.
— Исправим, господин генерал. Группы зачистки уже используют инженерных дронов.
— Сколько сил задействовано?
— Три батальона специального назначения, сэр. И рой разведывательных дронов. Но цели знают, как прятаться. Один из них — ветеран, он сам когда-то обучал разведку Конфедерации.
Вальтер долго молчал, глядя сквозь офицера. Потом сделал шаг вперёд, вторгаясь в его личное пространство.