Арли не оборачивался. Он завороженно наблюдал, как ударная волна, докатившись до города, лениво колышет кроны декоративных деревьев на площади внизу.
— Успокойтесь, — произнёс он мягким, почти убаюкивающим тоном. — Всё идет по плану.
— По плану?! Но мы потеряли Пунга! Мы потеряли всё руководство армии!
— Мы потеряли… балласт, — Арли наконец повернулся. В его глазах не было ни гнева, ни тени страха — только холодный математический расчёт. — Пунг всего лишь жадный дурак, Кришш-Хор — переоценённый наёмник. Теперь, когда они мертвы, а Серов официально признан террористом и «беглецом», у меня развязаны руки.
Он подошёл к столу и коротким жестом коснулся сенсора. На экране всплыли файлы под чёрным грифом: Проект «Второй Атолл». Стадия: Активация.
— Лекс и эта девчонка оказали мне огромную услугу, — Арли едва заметно улыбнулся, глядя на графики распространения вируса, который взрывная волна теперь разносила по розе ветров. — Они создали идеальный хаос. В этом шуме никто не заметит, как начнёт меняться сама структура власти. Они думают, что победили, уничтожив здание. Но они не понимают главного: я — не здание. Я — система.
Арли взял со стола бокал с чистой водой и снова подошёл к окну.
— Отпразднуйте свою победу сегодня, друзья мои, — прошептал он, глядя на далекую вспышку затухающего огня. — Завтра вы проснётесь в мире, который я построю на вашем пепле.
Он медленно поднёс бокал к губам. А за его спиной, на огромной цифровой карте Альянса, одна за другой начали вспыхивать кроваво-красные точки — сотни скрытых лабораторий, получивших сигнал к пробуждению.
Глава 7: Эхо «Альира» 1 Симфония распада
Убежище Ника располагалось в глубоком техническом горизонте, там, где заканчивались чистые линии Нового Багдада и начиналась его гниющая изнанка. Это был сектор «Зеро-9» — заброшенная насосная станция эпохи Первой Колонизации. Здесь, среди утробного гула гигантских поршней и бесконечного переплетения склизких труб, время замирало, превращаясь в густую субстанцию, пахнущую ржавчиной и забвением.
Стены, покрытые вековой копотью, непрерывно вибрировали от далёкого движения составов маглева. Этот ритмичный механический рокот, доносящийся из «мира живых», казался биением измученного сердца мегаполиса. Для тех, кто скрывался в этой бетонной утробе, звук служил напоминанием: город всё еще дышит и несётся к гибели, не замечая горстки теней в подвале.
Воздух был плотным. В нём смешались едкие нотки армейского антисептика, запах горелой изоляции и тот тяжёлый металлический аромат свежей крови, который намертво въедается в поры после боя. Док работал без перерыва шестой час. Его лицо, изрезанное морщинами, превратилось в неподвижную маску. Руки, обычно точные, как лазерный скальпель, теперь заметно подрагивали, когда он накладывал последние швы на плечо Лекса.