— Я с тобой, — сказал Эйден.
— И я, — вдруг добавил Макс.
Все уставились на него.
— Ты не умеешь стрелять, — заметил Лекс.
— Зато умею находить файлы. Без меня вы будете тыкаться в биометрические замки вслепую. Это мой отец, и это мой долг.
Лекс посмотрел на Серу. Та тяжело вздохнула.
— Если убьёте его, я вас с того света достану и пристрелю лично. Поняли?
— Договорились, — усмехнулся Лекс.
2. Последний полёт
Челнок снова поднимался к мёртвой армаде. В этот раз в нём было трое: Лекс, Эйден и Макс. Старый Док кое-как залатал дыры в обшивке, двигатель работал чуть лучше, но всё равно чихал и натужно выл на подъёме.
Макс сидел, вцепившись в подлокотники так, что побелели костяшки. Лицо его приобрело тот самый землистый оттенок, который Эйден хорошо помнил по своему первому полёту. Только у Макса зелени в цвете кожи было раза в три больше.
— Боишься? — спросил Эйден, пытаясь отвлечь и себя, и его.
— Терпеть не могу летать, — признался Макс сквозь стиснутые зубы. Голос его срывался на каждом слове. — И космос ненавижу. И всё это. Пустоту. Холод. Тишину.
— Тогда зачем полетел?
Макс посмотрел на него. Даже в полумраке кабины было видно, как блестят его глаза за треснутыми очками.
— Потому что если я не сделаю это, мой отец уничтожит всё. Не только нас. Миллиарды людей. Я не могу сидеть в подвале, когда это происходит. Не могу прятаться, пока другие...
Он не договорил. Сглотнул, отвернулся к иллюминатору, за которым разрасталась мёртвая армада. Эйден кивнул. Он понимал. Очень хорошо понимал.
— Держись, — сказал он тихо. — Скоро будем на месте.
— Вот чёрт, — выдохнул Лекс, вглядываясь в показания приборов.
— Что там? — встрепенулся Эйден.
— Стыковочный узел мёртв. Полностью. Даже аварийные захваты не работают. Электроника сдохла, а без неё механику не включить.
— То есть мы не сможем пристыковаться? — в голосе Макса явственно прозвучала надежда.
— Сможем, — Лекс уже лихорадочно соображал. — Вручную. Док, мать его, инженер, вложил в этот челнок всё, что нашёл. Там, в грузовом отсеке, есть шлюзовый модуль с механическим захватом. Древний, ещё довоенный. Работает на лебёдках и тросах. Придётся выйти в открытый космос в скафандрах. Подручными средствами закрепить тросы на корпусе флагмана и вручную подтянуть челнок к аварийному люку.
— Мы не учились этому, — прошептал Макс.
— А я учился, — усмехнулся Лекс. — Двадцать лет назад, на учебке. Правда, с тех пор давно не практиковался. Сидите здесь. Если что-то пойдёт не так — уводите челнок обратно.
— А ты?
— А я прогуляюсь.
Лекс вышел через шлюз в пустоту. Это было странное ощущение — парить между мёртвыми кораблями, чувствуя только вибрацию собственного дыхания. Внизу голубел Оруин. Вверху — чёрная бездна, усеянная металлическими громадинами.