улетаем вниз. Ну или планета с нами делает очешуительный крен. Что-то, определенно,
происходит! Только вот что?
– Хватит болтать, – рубит Егор, распиная меня взглядом.
И…
Даже не знаю, как это действие охарактеризовать.
Подаваясь вперед, он не бодается. Скорее, тычется. Мягко и вместе с тем упрямо. Не требуя,
но очень настойчиво выпрашивая… эм-м… ласку?..
Боже…
Что?..
У меня сердце не останавливается, нет. Оно просто раздувается до гигантских размеров и
беспрепятственно, словно это предусмотрено системой, выходит за пределы организма, по факту
поглощая его. Все последующие толчки хаотичные, ударные, неистовые. В зазоре между
озверевшим от эмоций сердцем и оболочкой рвутся такие импульсы, что меня утаскивает в
какой-то звенящий вакуум.
– Вели мне успокоиться, – шепчу и сама от себя шизею.
Запах Егора, давление его крепкого тела, контакт с кожей – все это создает определенное
поле. Поле искрящее, пульсирующее, жалящее. И самое главное – поле, в котором невозможно
сопротивление.
– Что? – хрипит, осторожно прихватывая губами мою шею.
Это ввергает в шок.
Ведь он не всасывает, чтобы оставить отметины… Будто целует! И вызывает тем самым такую
тряску, что мир перед глазами плывет и качается.
– Скажи: «Уймись!». Прикажи мне, Нечаев!
– Уймись, Филатова! – рыкает, усиливая напор.
Распекает физически и психологически. А мне по кайфу. Запускаю пальцы в его растрепанные и
влажные волосы. С наслаждением оттягиваю, путаю и сгребаю. Еще ближе к себе прижимаю.
– Да, да, да, да, да… – тарабаню практически бездыханно.
Глаза давно закрыты. Голова, насколько это только возможно, запрокинута. Стене грозит
опасность – я готова протереть в ней дыру.
– А-ах… А-ар… – издаю непонятные вибрирующие звуки, когда Егор в пылу принимается кусаться.
На каком-то простреле чуть не писаюсь. А может, немножко и писаюсь… Не знаю. В трусиках
очень-очень мокро. Ранее такого не замечала. Даже не знала, что подобное возможно.
Настолько?.. Дышу так часто, словно кислород вот-вот перекроют. От гипервентиляции начинает
кружиться голова. В груди зреет и нарастает какой-то страх. Все новые ощущения не могут там
ужиться. Кажется, сейчас задохнусь. В припадке срываю маску, отбрасываю… И снова пальцами в
волосы Нечаева зарываюсь.
А у него текут слюни. Чувствую это, когда он зализывает. Влага плывет от шеи до топа,
проскальзывает под ткань и попадает на напичканный нереальным количеством нервных окончаний
сосок.
О-БО-О-ОЖЕ-МОЙ!
И ведь прямого воздействия еще не было. Только косвенное – слюна Дракона. А у меня
ощущение, словно на включенный в розетку электроприбор брызнули водой. Шипит. Коротит.