— Входим по одному, — скомандовал Лекс. — Дистанция три метра. Сара, веди.
Они шагнули в это белое ничто, оставив позади относительную прохладу коллекторов. Теперь их миром стали узкие стальные мостки, вибрирующие от ярости реактора, и бесконечный, сводящий с ума свист перегретого пара.
Внутри тоннеля реальность превратилась в кошмар. Стены, облицованные керамическими плитками, буквально сочились конденсатом. Гул огромных турбин реактора здесь слышался таким мощным, что вибрировали не только кости, но и мысли. Звук напоминал бесконечный, яростный крик титана, запертого в бетонной клетке.
— Датчик давления впереди, — голос Сары в наушниках звучал искажённо, сквозь помехи радиационного фона. — Всем замереть. Мы подходим к плите, которая калибрует массу теплоносителя. Переходим по одному, строго по швам облицовки. Наступать только на пересечения плиток — там стальной каркас, он не даст сигнала на пульт.
Вера шла за Лексом, чувствуя, как пот заливает глаза под маской скафандра. Каждый шаг давался с трудом — подошвы ботинок буквально прилипали к раскалённому полу. Она видела, как тяжело идёт Док, как подрагивают его колени, но старик не издал ни звука.
— Сара, сколько ещё? — прохрипел Лекс. Раненное плечо под тяжёлым костюмом начало пульсировать от жара, словно в рану залили расплавленный свинец.
— Пятьсот метров до вертикальной шахты медицинского сектора, — отозвалась девчонка. Она двигалась на удивление плавно, почти не касаясь стен, словно сама была частью этой механической системы. — Внимание! Впереди автоматический сброс пара. Через десять секунд тоннель заполнится кипятком. Нам нужно укрыться в нише обслуживания. Быстрее!
Они едва успели втиснуться в тесную выемку в стене, когда позади них с оглушительным свистом вырвался столб белого пара. Видимость упала до нуля. Лекс прижал Веру к себе, чувствуя, как раскалённый воздух пытается просочиться сквозь фильтры респиратора. Сара втиснулась между ними, вцепившись в свой планшет.
— Макс… — вдруг прошептала Сара так тихо, что её услышал только Лекс. — Он ведь тоже проходил здесь, когда устанавливал свои бэкдоры. Он оставил метку на стене ниши. Смотрите.
Лекс посветил фонарём на шершавый бетон. Там, едва заметная под слоем накипи, виднелась выцарапанная маленькая фигурка человечка с гаечным ключом и подпись: «Не дышите слишком глубоко — портит цвет лица».
Лекс невольно усмехнулся. Даже здесь, в самом сердце ада, Макс умудрялся иронизировать над смертью. Эта маленькая надпись подействовала на группу лучше любого стимулятора.